|
13. Совет в Филях.
Два дня. Они тянулись бесконечно, и Алекс уже не раз пожалел, что пошел на поводу у Пушкаревой. Ждать от Андрея решительных шагов по разрешению ситуации было бессмысленно. Никогда он не соберется с духом и не признается в том, что наломал дров. Он еще в детстве тянул время, не признавался в шалостях, пока явные улики не выдавали его. У Андрея всегда было множество недостатков, которые он даже не старался скрывать, и за которые его любили еще больше. А Саша так не мог. Он старательно прятал все, что считал своими слабостями, заботился о репутации сильного и непрошибаемого. Сейчас его очень тревожило, что появился человек, перед которым он предстал в уязвимом и расслабленном состоянии. Кате просто не мог понравиться нытик и слабак. А понравится Кате ему очень хотелось. Это он уже для себя сформулировал окончательно, как аксиому.
За эти два дня они ни разу не встречались. Алекс не ездил в Зималетто, избегая встречи с Андреем. Боялся, что не выдержит и выскажет сопернику все, что о нем думает. Сопернику? Пожалуй. Андрей легкомысленным солнечным зайчиком врывался в любое пространство, будь то фирма или Кирино сердечко, заполнял все собой, вытесняя лишнее. Например, Сашу. Но, если в Кирюшином сердечке всегда останется место для старшего брата, то в случае с Катей такого ожидать не приходилось.
Воропаев был готов поклясться, что у Кати есть тайная привязанность. Он уже видел однажды, как в глазах сестры поселился радостный свет влюбленности. Только Кира была совсем юной и проявляла бурный щенячий восторг, не стесняясь, что предмет ее обожания заметит проявление чувств. Это было так давно. А предметом обожания, разумеется, стал Жданов. Но Катя постарше, уже не восторженная школьница, а уравновешенная девушка с повышенным IQ. Она могла контролировать эмоции, прятать искорки разгорающегося чувства. Но Саша их чувствовал , будто они настроены на одну волну. Он снова перебрал ближайшее окружение Катерины.
Зорькин отпадает. Однозначно. Это Саша понял, когда увидел Пушкареву и Зорькина вместе. Многолетняя дружба переросла в глубокую родственную связь, как у брата и сестры - близнецов.
Еще Сашу смущал Малиновский. Если он сделал правильные выводы, Роман попытался ухаживать за Катей с целью тотального контроля над ситуацией. И Катя об этом знает. И не простит. Подполковничья дочка. Отойдет со временем, но роман с Романом уже не состоится.
Оставался Андрей. С ним у девушки сложились простые, легкие отношения. Слишком фамильярные для начальника и подчиненной. Но почему она так спокойно говорила о предстоящей свадьбе Андрея и Киры? Смирилась? И почему Жданов в последнее время стал чаще встречаться и меньше ругаться с Кирой, делая невесту совершенно счастливой? Может, Катя и Андрей еще не разобрались в том, что их тянет к друг другу? Но рано или поздно это случится.
Что он мог предпринять? Резкие выпады против Жданова только оттолкнут Катю. Поэтому Алекс решил проявить терпение, переждать, как обещал Кате, эти два дня до совета.
В назначенный день Воропаев приехал в Зималетто раньше других акционеров. Он расположился в конференцзале, встречал вновь прибывающих, пытаясь по выражению их лиц просчитать результат собрания. Ждановы-старшие ни о чем не подозревали. Как и Кира с Кристиной, и присутствующие здесь же Милко, Урядов, Малиновский. Катерина ужасно волновалась. А Андрей вообще был весь какой-то дерганный, взвинченный, даже похудевший. И перед тем, как взять слово для доклада жалобно посмотрел на помощницу. Она незаметно сжала его руку, и кивнула. Он встал, набрал в легкие больше воздуха и заговорил.
Если бы на совете директоров взорвалась бомба, эффект был бы не такой оглушительный и разрушительный, как от выступления президента. Он последовательно изложил историю всех своих случайных промахов и дерзких авантюр, ничего не утаил. Сыпал цифрами из отчета, доказывал, что близок к выходу из кризиса, просил не смещать его в переломный момент. Обещал, что новая коллекция обязательно выправит положение.
Александр снова изучал лица акционеров: вот замерли шокированные Марго и Кира, ничего не понимающая Кристина. Виноватый Малиновский понурился в ожидании приговора. Милко бьется в истерике. И, наоборот, неожиданно заткнулся Урядов. Катя смотрит на Андрея с уважением и восхищением, подбадривающе кивает. Павел Олегович наклонился к столу, что-то ищет дрожащей рукой во внутреннем кармане. Алекс ощутил укол беспокойства, присмотрелся к Жданову внимательнее и стал набирать номер скорой помощи.
Совет переместился в больничный коридор Волынской Клинической больницы №1. Александр снова отстраненно наблюдал за происходящим. Будто его оглушило или контузило. Маргарита бесконечно лила слезы и пила валерьянку. Кристина вышагивала по коридору и извергалась одними междометиями, Александр опасался, что она забудет остановиться у стены и побежит по ней, потом по потолку.
Андрей… Он впервые сочувствовал Андрею. Что чувствует сын, доведя отца до больничной койки? Что вообще должен чувствовать сын, когда отец находится в интенсивной терапии? Саша этого не знал. Зато он знал, каково стоять у двух закрытых гробов и выслушивать соболезнования, держаться стоиком только потому, что рядом заплаканные сестры. Смотреть вокруг сухими воспаленными глазами и ничего не видеть… Сейчас он снова окунулся в переживания, задвинутые в самую глубину сознания и всплывшие так неожиданно. Андрей стоял у окна без единой кровинки в лице, сжимал и разжимал кулаки. Кира пыталась его успокоить, поглаживала по плечу, что-то шептала, но Андрей не слышал ее уговоров, разглядывал что-то вдали и молчал.
Александру стало вдруг невыносимо тяжело, хотелось что-нибудь сделать, но что? Он подошел к сжавшейся в комочек в больничном кресле Кате, взял за руку и повел к выходу. Она послушно следовала за ним, чувствуя себя чужой в компании Ждановых и Воропаевых.
- Не переживай, Павел сильный, он обязательно поправится.- Он старался придать голосу твердость и уверенность.
- Андрея жалко, он так боялся разочаровать отца, и вот…
- И мне жаль. Поверь, я знаю каково постоянно разочаровывать отца. Ничего, Павел поправится, вы с Андреем выведете Зималетто на прежние рубежи. Кстати, за план пятерка. Ты хороший экономист.
- А вы разве не хотите остаться с семьей? Идите, я такси возьму.
- Вот отвезу тебя и вернусь. Думаешь, мне там легко стоять?
- Не думаю. Знаю, что тебе даже тяжелее других. – Помолчала. - Поможешь реализовать план?
- Нет. Андрей должен сам. А ты готовься. Сейчас тяжело придется, все будут доставать с обвинениями.
Она согласно кивнула. – Догадываюсь. А если тебе будет совсем плохо, позвонишь?
- Вряд ли. А ты звони. Если совсем загрызут. Поругаемся – сразу полегчает.
Машина уже несколько минут стояла у подъезда Катиного дома, но они не торопились расставаться.
- Кать, если я снова начну … хамить, ты меня стукни. Ладно?
- Ага! – она улыбнулась. – Прессом для бумаг или вазой?
- Еще убьешь! Лучше папкой, или кулаком. И не по голове, это мое слабое место.
Он поднес к губам ее руку. Она вздрогнула, но руку не отняла. Вздохнула и созналась. - Иногда хочется убить.
- Вам, наверное, пора уже?
- Давай окончательно перейдем на ты. Мы же не на работе. Алекс.
- Катя. Приятно познакомиться. Ты поезжай. И держись! Слышишь?
Она подняла два сжатых кулачка. Вышла из машины и столкнулась буквально нос к носу с Зорькиным, который подпрыгивал от холода и хлопал себя по плечам и бокам. Увидев Катю, схватил ее за руку и потащил в подъезд.
Александр поехал обратно.
Ситуация в больнице немного изменилась. Павлу стало легче, Марго и Андрей уже побывали в палате. Позвали и Сашу.
- Как вы, Пал Олегыч?
Мужчина слабо улыбнулся, и у Саши сжалось сердце от его болезненного вида.
- Я начну сразу с главного. Александр, бери Зималетто в свои руки. Может у тебя получится то, что не смог сделать Андрей.
- Пал Олегыч, я изучил подробнее антикризисный план. Он обязательно сработает. Андрей справится, не торопитесь его выгонять.
- И это говоришь мне ты?- Удивился Жданов-старший.
- Я знаю, что такое разочаровать отца, - снова упрямо повторил Саша. – Это непереносимо. Для любого сына. Оставьте Андрея президентом.
- Я назначаю тебя и.о. президента. Не спорь. Мне предстоит операция, Андрей будет проводить много времени со мной и мамой в больнице. Хочешь – следуй его плану. Хочешь, бери его в помощники или увольняй. Выпишусь, тогда и разберемся, что переносимо, а что нет. – Он потратил на решительный монолог много сил и откинулся на подушку.
Потом посмотрел на Александра и добавил мягче:
Я надеюсь на тебя, Саша. Ты всегда был для меня как сын.
Я прошу тебя.Саша понял, что сделает для Павла Олеговича все возможное. И невозможное.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
! Он ведь не читатель , а писатель ! 
Просто идеал ! 
!
Теперь значит, если он будет президентом, то будет очень тесно общаться с Катериной! Что не может не радовать 
) А сегодня еще будет? 
