|
Глава 7
Андрей вышел на кухню – Кира сидела спиной к нему, глядя в окно.
- Кир… Кирюша… - он подошел, опустился рядом и положил голову ей на колени, - Кирюш… я ничего не понял… ты…
- Я съездила утром к Малиновскому, - сказала Кира, стараясь не заплакать.
- Но зачем?!! – воскликнул Андрей, - и… и… как ты узнала…
- Про Катю? – перебила Кира, - ты сегодня разговаривал во сне…
- И?.. – Жданов встрепенулся и, приподняв голову, посмотрел ей прямо в глаза.
- Можно я не буду объяснять?..
Андрею хотелось воскликнуть «Нельзя!» - но какое он имел право? Оставалось лишь ждать: что захочет сказать Кира…
Он удивился, увидев утром Малиновского.
Но когда услышал Ромкины слова, вообще не поверил в то, что не спит…
Ромка серо и буднично заявил:
- Если ты докажешь, что действительно ее любишь, я дам тебе шанс.
И добавил:
- Я знаю Катю лучше, чем ты. Без моей помощи тебе ее не видать, как своих ушей… Но фокус в том, что я очень хочу видеть ее своей женой.
Андрей потом несколько минут обтекал.
А доказать-то – как? Прыгнуть из окна? И кому это надо?
- Хочешь, я отдам тебе все свои акции? – сказал он, не зная, что еще придумать.
А Малиновский ехидно засмеялся.
А Жданов сказал, что он в его помощи не нуждается.
Хотя – спасибо за то, что вывел из спячки.
И еще – что ему очень сильно кажется: чья-то свадьба сегодня не состоится.
Ромка сначала хмыкнул:
- Попробуй! – словно подначивал, но тут же стал серьезным, - Жданов, это не игрушки! Это ее судьба!
- И моя, - ответил Андрей, - мне без нее не жить, как бы пафосно это ни звучало.
- И что ты будешь делать?
- А ты?
- Я?... – Рома засмеялся, - знаешь, я чувствую себя во сне-кошмаре! Сегодня – моя свадьба. Я хотел этой свадьбы, я с радостью назвал бы Катю своей женой, но, вместо этого, я иду к сопернику и предлагаю свою невесту на блюдечке с голубой каемочкой! Бре-е-ед!
- Бред, - согласился Жданов, - ты просто ее не любишь так, как я!
Роман тут же ощетинился:
- Да нет, Палыч… Как раз я ее люблю так, как тебе и не снилось… Помнишь притчу о двух матерях?
- А мне плевать! – наклонился к нему Андрей.
- А я хочу только одного: чтобы Катя была счастлива! Пусть даже не со мной! Но я убью тебя – слышишь? – если ты ее еще хоть раз обидишь!
- Я люблю ее… - прошептал Андрей будто бы в забытьи, - люблю…
- Ну так же не сиди на месте!
- А что делать?
- О-о-о-о-о, господи! Ничего пока! – Рома поднялся, - я к ней поеду…
- И?
- Поговорю!
- И?
- Извини, дружище, если она все-таки предпочтет меня – я забуду о твоих притязаниях. Я думаю – мы должны спросить – а чего хочет она. Или… я не прав?
- Прав… - пробормотал Андрей, - А мне что делать?
- Звонка ждать, солнце мое!
Малиновский ушел.
На площадке брезгливо поморщился.
Слизняк!
Зачем такой нужен Кате?
И вздохнул.
Но знаешь, хоть Бога к себе призови,
Разве можно понять что-нибудь в любви?
К Кате Малиновский ворвался ураганом; родителям сказал, что дело срочное, по компании, отлагательств не терпит, иначе всем будет худо.
Даже Валерий Сергеевич отступил перед таким напором будущего зятя.
- Привет, - не удержался от улыбки Рома, - ты красивая сегодня…
- Не смеши! – Катя подошла к нему, прильнула.
Рома не удержался – обнял.
- Кать… ты ведь меня не любишь?
Если бы она напряглась – он бы почувствовал!
- Прекрати, а?
- Кать… я серьезно…
- И я – серьезно… Все хорошо, Ром, не бойся. Я с тобой.
- Ка-а-атька! – Роман отодвинул ее от себя, - не надо меня утешать, я правду знать хочу, понимаешь? Я верю, что ты мне не изменишь и даже не посмотришь в его сторону, но думать! Кать, думать и мечтать ты себе не сможешь запретить! Реши сейчас, а?
Катя вспомнила все свои сегодняшние предутренние размышления.
Покачала головой:
- Я хочу стать ТВОЕЙ женой, Ромка… Если, конечно, ты сам этого хочешь.
- Я-то хочу…
Рома полностью отстранил Катю, подошел к окну, зачем-то посмотрел на гнусную хлябь внизу.
Развернулся.
- Я-то хочу, Кать… Но, понимаешь ли, сегодня я виделся с Андреем…
Катя вздрогнула.
Выстроенный и тщательно слепленный из самых лучших кирпичиков мирок рухнул.
Катя медленно поднесла ладони к горлу.
Малиновский даже не пошевелился.
- Зачем?.. – сдавленным голосом произнесла невеста, пугаясь сиплых звуков, идущих из ее голосовых связок.
- Поболтать…
По лицу Романа нельзя было понять: что он сейчас чувствует.
- Не надо…
- Катя… не обманывай хотя бы себя… Реши все сейчас… - почти безразлично произнес мужчина, - Кать, лучше сейчас, чем…
Пушкарева шагнула навстречу.
Спина выпрямлена, глаза яростно засверкали – и где та надломленная особа, что лишь секунду назад едва не зарыдала?
- Малиновский… - зло проговорила она, - давай и вправду: лучше сейчас, чем потом. Я хочу за тебя замуж, а ты?
- Я…
- Не продолжай! На, смотри! – Катя потянулась к столу, открыла верхний ящик и достала оттуда сложенный вчетверо листок.
- Это что?
- Смотри! Читай!
Малиновский развернул.
Лист, поделенный пополам неровной линией. С одной стороны написано много, едва ли не до низу. С другой – одна единственная фраза.
- Дикая страсть… - прочитал Рома эту фразу, - всегда сумасшедшая страсть… как морок или наваждение…
А в другой графе, напротив этих слов:
Страсть уйдет. Обязательно уйдет.
Вспомни, Пушкарева, страсть – это страданье, муки, маета, мученье, телесная боль, душевная скорбь, тоска; особ. в знач. подвига, сознательное принятые на себя тяготы, мученичества…
Оно тебе надо?
- Это что? – спросил Роман.
- Ответ на твой вопрос, - поглядела ему в глаза Катя.
_________________
Видишь, монетки в небе мигают -
звезды зовутся.
Эти монетки бросил Гагарин,
чтобы обратно в небо вернуться...
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Наверное маловато, АВТОР! 
Может Жданчика решила "из рук на руки" передать? Глупая женщина. 
