|
Прода, дорогие мои.
Глава 7
Мягкий свет настольной лампы выхватывал из темноты лишь старинный строгий письменный стол, мужчину, сидящего за ним на прямом, словно из времен Цезаря, стуле-троне и женщину, расположившуюся напротив в удобном мягком кресле. Оба держали бокалы с вином, и, казалось, просто любовались игрой света на, переливающейся оттенками красного, жидкости.
- Каждый должен находиться в своем мире, - произнес мужчина и отпил глоток вина.
- Насчет мира – согласна, но если бы каждый делал то, что должен, я посерела бы давным-давно. А так…, - она встала и, будто притягивая свет, закружилась с бокалом в руке, отступая и разгоняя темноту, в которой находилась большая часть комнаты, - я прекрасна в своем многообразии, не находишь?
- И также невозможна в своем беспорядке? Очень даже нахожу. - Поставил бокал на стол. – Тому пример Катерина. Она не на своем месте. Здесь должна быть та, загнанная в угол, потерявшаяся девочка, а не эта, уже закаленная обманом и разочарованием. При данном раскладе, то к чему все это может привести, не случись чуда, рисуется мне очень печальным.
- А говорил, что тебе все равно.
- Так и есть, Юлия, мне все равно. Я просто обрисовал картину происходящего.
- Между прочим, к беспорядку приводят сами люди, и это ты знаешь не хуже меня. Почему мы не можем провести хоть один вечер не споря, Миш? Мы же все равно не в силах ничего изменить, - Юлиана подошла к столу и вновь опустилась в кресло.
- А все потому, что мы единственные, кто соблюдает правила.- Михаил поднялся из-за стола, обошел его и, подойдя сзади к сидящей женщине, нежно погладил ее по волнистым рыжим волосам, - Не печалься, люди не раз нас удивляли своей всевыдерживающей силой духа и в этот раз Катерина нас еще удивит. Вот увидишь.
- Думаешь?
- Уверен!
- Понравилась она тебе все-таки, - подняв на него взгляд, лукаво прищурилась Юлиана.
- Не начинай опять, сестренка. Все, я пошел, - он чмокнул ее в макушку и исчез.
- Куда?! Ну, вот так всегда! Даже в безвременье спокойно посидеть не дает, все куда-то спешит, - она вздохнула, поставила на стол нетронутый бокал вина и через мгновение комната погрузилась во тьму.
***
- А вот и горячий чай с лимоном, - раздалось за ее спиной.
Катя стояла у окна и слушала ливень, который, начавшись с нескольких капель, стремительно нарастал и, застав их у самого подъезда во всей своей силе, в мгновение ока не оставил на них и сухой нитки. Прошмыгнув мимо, заполняющей кроссворд, консьержки и зайдя в квартиру, оба облегченно вздохнули – ливень им уже не страшен, и их появление осталось незамеченным.
Андрей быстрыми движениями разулся, стянул с себя промокший пиджак и, пройдя внутрь квартиры, исчез в одной из комнат, чтобы спустя считанные минуты появиться с сухой одеждой в руках. Подойдя к девушке, которая, судя по всему, и не думала двигаться с места, он посмотрел на нее с укоризной. Положил принесенные вещи на, стоявшее рядом, трюмо, затем, будто с манекена, снял с Пушкаревой верхнюю куртку, сунул ей в руки выбранный для нее комплект одежды и, указав рукой направление, произнес:
- Там ванная комната для гостей. Переоденься, если не хочешь простудиться, - сам же он со своим комплектом пошел в другую сторону.
И вот, все-таки переодевшись, Катя стояла в гостиной у окна.
Андрей подошел к ней и протянул кружку с дымящейся ароматной жидкостью.
- Устала, - не спросил, а скорей констатировал он, - я постелил тебе в комнате. Там обычно ночуют родители, когда бывают здесь, но, думаю, они не были бы против.
- Сомневаюсь. - Катя и сама не ожидала того, что заговорит именно сейчас. Молчать и плыть по течению, в данный момент, было безопасней для всех. – Но я правда устала и, наверное, уже пойду спать, - она приняла у него кружку с чаем и Жданов проводил ее до нужной комнаты.
Вернувшись затем в гостиную, Андрей устроился на диване, включил успокаивающую тихую музыку и с совсем не радостными мыслями погрузился в неспокойный сон.
***
Некоторое время она осматривала дом. Внутри все помещение было покрыто деревянными панелями, а мягкий свет вмонтированных в пол, стены и потолок маленьких лампочек придавал тихое ощущение защищенности и покоя. Большее пространство комнаты занимал камин. А из мебели – лишь диван, на который и был аккуратно перемещен его владелец, несколько кресел, письменный и журнальный стол. Пол покрывал ковер цвета спелой вишни. Ему в тон были подобраны портьеры на окнах.
- Неплохо, совсем неплохо вы здесь обосновались, Андрей Палыч. Надо будет при случае спросить у вас имя дизайнера вашего интерьера. - Катя поставила бутылки с водой на столик, рядом положила и ключи от дома. Думала о том, что неплохо бы найти в здесь стакан, но отказалась от этой идеи, рассудив: бродить в чужом доме, с риском забрести не туда – не самая хорошая затея, - Так, доброе дело сделала – он дома. И мне надо бы к себе.
- Не уходи…, - послышалось бормотание с дивана.
- Смотрите, кто заговорил! – Пушкарева тихонько подошла к выключателю и приглушила в комнате свет, оставив гореть только пару лампочек.
- Кира, пожалуйста…
- Я не Кира, и слава Богу. Меня это не касается, но если Жданов проснется – нужны будут объяснения, а я за сегодня уже устала. Посидеть с ним немного что ли, пока снова глубоко заснет? – Размышляла Катя.
Она придвинула поближе к дивану кресло и неслышно устроилась у постели Андрея. Во сне тот повернулся, и его рука легла на ее ладонь, покоящуюся на ее же коленях.
Что-то вдруг больно кольнуло в груди, но быстро прошло, и не было взято в толк. Она попыталась высвободиться, однако же, почувствовала, что, хоть и не сильно, но ее ладонь удерживали крепкие мужские пальцы. И как назло бессонные ночи за отчетом давали о себе знать – ей очень хотелось спать.
Так и не успев дождаться высвобождения или придумать что-либо, так как стоило ей сесть, и усталость сковала все тело и мысли, Катя заснула глубоким сном без сновидений.
_________________
Я - пожизненная НРКаманка, КВМ*овечка, ДоктороКтоманка!
О боже, я больна...
Доктора мне, Доктора!
|