|
Привет, baiba, Samanta, Синара, Lenushka, Varen, Modin, Яна, Margarita,Траволта, Екатерина, Травка, Пчелка, Дуся, Zszu.
Спасибо за ваши споры и рассуждения, ей-богу, держусь из последних сил, чтобы не вступить в полемику.
Но мое дело - писать о том, как у нашей троицы все происходит...
Правильно, не правильно, но все же, происходит.
Vis-a-vis.
Все дела сделаны. Да не так-то их уж и много было.
Ноги несут его к лифту, а глаза выискивают в коридоре знакомый силуэт.
Находят, увы, не маленькую фигурку, от вида которой что-то дрожит внутри и трепещет. Атлетическое сложение Жданова трудно перепутать с каким-либо другим.
Андрей поравнялся с Александром и прищурил глаза.
- Не нашел к чему придраться? Все в порядке?
- Да, вполне. Тебе не нравятся мои визиты в компанию, но не забывай, акции «Зималетто» - благосостояние моих сестер.
- Ты прекрасно знаешь, что приезжаешь вовсе не из-за дивидендов.
- Может скажешь, из-за чего? Просветишь? – голос стал глуше, а на лицо опустилось бронированное забрало.
Андрей хотел ответить что-то едкое и уничижительное, но не удержался, горячечно выплеснул накопившееся. Просто не смог молчать.
- Катерина со мной. Неужели не заметно, что у нас все хорошо? Ты не смог завоевать ее, пока она была свободна и вот уже четыре года ждешь удобного момента, чтобы подобрать крохи с барского стола. Где твоя гордость, Саш?
- Я смотрю, у нас пошел довольно откровенный разговор. А тебе не приходило в голову, что я не жду подачек? Просто люблю и никому ничего не навязываю.
- Ха. «Любовью оскорбить нельзя». Слышали уже. И ты ни на что не надеешься?
- Я не каменный идол. Надеюсь. Но только Кате решать, напрасны ли мои надежды, не тебе.
Андрей поморщился. Кате решать. Как же! Играть в благородного друга, пастись вокруг да около чуть ли не круглосуточно… Противопоставлять себя невыдержанному, импульсивному мужу. Строить из себя человека-загадку. Это называется – не навязывать!
- Зачем она тебе? Чтоб было? Неужели надеешься, что с тобой ей будет лучше?
Настал черед Алекса насмешливо прищуривать глаза.
- Конечно, только ты знаешь, как сделать женщину счастливой. Эксперт.
- Глаза мне не коли, что было, то было. Сейчас все налаживается. Ты сам то умеешь радоваться жизни? Быть счастливым? Непрошибаемый Железный Феликс.
На языке вертится прикольно-горькое: «Это я потому непрошибаемым был, что у меня вело… Катюшки не было…».
Неправда. Он столько раз был в жизни счастлив. В детстве. Рядом с родителями, с сестрами. Рядом с Катей. И даже не рядом, просто думая о ней. Пусть это были не годы и десятилетия, а лишь моменты…Круглосуточно радуются только идиоты.
- А ты можешь о чем-то думать, кроме того, чтобы держать Катю возле себя? Нужно ли ей это? А тебе? Та ли это Катенька, что пришла устраиваться секретаршей в модный дом? Хочешь ли быть вот с этой, новой? Поглощенный собственными переживаниями, заметил ли как она изменилась?
Смерили друг друга взглядами. Перемирие закончено.
Андрей уходит также неожиданно, как и появился. Совершенно недовольный тем, что сорвался, да и ходом разговора. Переполненный тяжелыми размышлениями.
В лифте Александр смотрит в упор на свое отражение, словно соизмеряет силы и поставленную задачу, и шепчет, оставляя туманные следы на зеркале: «Я научусь…Я сделаю тебя, счастливой».
|