|
Малиновский, переживая за свое собственное положение, не забывал, однако, переживать о судьбе компании – и вместе со Ждановым они решали: как быть дальше. Проваленная коллекция еще не означала краха, но следовало быстро что-то предпринять, дабы ушлые конкуренты не опередили, не заняли место ЗимаЛетто на рынке. А что они могли предпринять? Только новую коллекцию – и в этот раз со стопроцентной гарантией успеха.
Как это ни странно – Милко не противился, наоборот, сам жаждал искупить позор и рвался к триумфу. Дело за малым – качественные ткани. Вот только жутко они какие-то дорогие, ощущение, что чисто золотые нити вплетены в них; ну, не золотые, может, но серебряные – точно.
Катерина, памятуя о прошлой ошибке, шла проторенными путями, предлагая Андрею только качественные, проверенные фирмы – но цены!!
Жданов только головой качал:
- Катенька, Вы смерти моей хотите!
- Возьмем кредит, - твердила Катенька, - ничего, рассчитаемся!
Но Андрей был уверен – кредит смерти подобен.
Где-то он, конечно, был прав – не дремал, а кружил коршуном Александр Юрьевич Воропаев, чутко улавливающий непорядок; нарезал круги, снижаясь, будто чувствовал падаль. Отдать компанию своими руками врагу? Отдать просто так?
Ну, уж нет!
- Не может быть, - твердил себе Андрей, - что нельзя найти качество то же, а цены – меньше. Просто мы ищем не там, в провинцию надо ехать, там искать!
И Рома… нашел. Нашел то, что надо – ткани на диво! Кира, а – главное – Милко! только восхищенно цокали языками: ай, да Рома, ай, да молодец!
Но невесте Жданов о местонахождении чудесной ткани сказать не решился, соврал, что в Праге.
И Кате это не понравилось.
- Катенька, дорогая! – уговаривали ее хором и Жданов, и Малиновский, - ну, поймите Вы, ткани недорогие потому, что фирма нераскрученная, потому что в провинции глухой, ну – подумайте сами: где Москва и где Узбекистан! Да когда про нее наши пронюхают – цены вмиг взлетят!
Но сомневалась Катя, ох, сомневалась!
Однако, мальчИкам удалось уговорить непреклонную железную леди не решать сгоряча: съездят они сами, посмотрят – что да как, на зуб товар попробуют, а уж тогда и решение принимать будут.
Так и вышло – мужчины уехали, Катя осталась на президентстве (не страшно, сроку-то президентству тому дня три, а то и два).
Кира, скучая без жениха, времени не теряла – вытащила Катерину, как давно грозилась, по салонам да бутикам: как Пушкарева ни сопротивлялась, а отказать приятельнице не смогла.
Вот только делать что-то с собой категорически не разрешила: в качестве экскурсанта таскалась за Кирой, приглядывалась к нарядам, слушала в два уха советы и наставления, порой соглашаясь кое-что примерить.
Но – лишь примерить.
Тем временем и Жданов с Малиновским прибыли – довольны-довольнехоньки; все оказалось настоящим, неподдельным – и фирма, и склады, ломящиеся от тканей, и хозяева – улыбчивые хлебосольные узбеки. За щедрым восточным столом и ударили по рукам, заключив договор, да и на будущее пообещавшись встретиться.
Славной была поездка!
Да только через сутки, не более, грянул гром – таможня добро не дала! Контрабанду задержали на въезде в Москву, о чем горе-предприниматели узнали из новостей.
Куда только ни звонила Катенька – бесполезно. Ни денег – ни тканей.
Малиновский и на глаза Палычу боялся показываться, а сам президент, совершенно разбитый, сидел за столом, сложив головушку буйную на плечи и мечтал о самоубийстве.
- Не плачь, дед, не плачь, баба! – вертелось у Кати на языке, - я снесу Вам не золотое яичко, а простое.
Но не сказала, конечно – просто приселяя рядом с убитым горем президентом, и взяла его руку в свои ладошки, да зашептала:
- Андрей Палыч… Андрей Палыч… возьмите же себя в руки, Вы обязательно что-нибудь придумаете, я верю в эту!
Не знаю – как удалось Катерине вдохнуть веру в Андрей, но как-то ожил он, смутился… извинился за слюнтяйство… потом минут пять смотрел задумчиво в окно и вымолвил, наконец:
- Кать, я, кажется, правда, придумал!
Последний раз редактировалось NEDO 10 янв 2008, 03:14, всего редактировалось 1 раз.
|