|
Глава 43.
Роман с облегчением плюхнулся на стул. «Вот, наконец, настал тот час когда я здесь и вижу вас, едва надеясь на взаимность… Меня не гонят – это плюс».
- Давай, развлекай меня. Ты же обещал Александру.
- Чудесная погода, не правда ли? – голос не слушался его.
- Раньше ты слыл остряком. Потерял навык? – подсмеиваясь наклонила голову, таким знакомым, родным жестом.
- Попробуем еще раз. How are you? Нет, лучше так – здравствуй Бим! Или просто – Трям! – вымученно улыбнулся.
Юлиана улыбнулась в ответ.
- Трям – еще куда ни шло. Что ты здесь делаешь, Рома?
- Выслеживаю тебя. Веришь?
- Не верю. С чего бы вдруг.
- Хочу поговорить о любви и о дружбе. Можно?
- Странная тема. Особенно для тебя. Неужели, Ромочка, ты веришь в любовь? Дружба – оно понятно…
- Удивляешься? Я верю в любовь уже давно, лет двенадцать, не меньше. Я с ней живу и мучаюсь.
Что-то у меня с утра крутится в голове песня «Привет». Не знаешь, к чему?
- Не знаю. Сегодня нет дождя, на улице не скверно…
- А может, черт возьми, нам снова?… - он осторожно погладил ее руку, пропустил свои пальцы между ее пальчиками и сжал.
- Ром, ты пьян? Или у тебя температура, ты бредишь? – она посмотрела удивленно, не отнимая руку.
- Я скучаю без тебя. Ты моя девочка-виденье. Моя Лялька. – Он давился с непривычки словами, но глухо продолжал:
- Я даже твою книгу наизусть выучил… Юль, не гони меня…
- Давай проясним ситуацию. Меня зовут Юлиана Виноградова. Мне тридцать. Я не верю в любовь. Здесь я встречаюсь со своим мужем, Александром Воропаевым. Какой пункт тебе не ясен?
- Ты встречаешься с ним по поводу развода, у меня правильная информация?
Она нахмурилась.
- Александр с тобой не согласен насчет любви… Он то в нее поверил!
- Так ему Катерина встретилась.
- А мы с тобой? Чем мы хуже? Мы заслужили!
Забудь меня. Из памяти сотри.
Была — и нет, и крест поставь на этом! – в полголоса произнесла Юлиана и испытующе посмотрела на Малиновского.
А раны заживают изнутри.
А я еще уеду к морю летом. – Подхватил Роман. – Но это мне не нравится. Лучше другое:
Осчастливь меня однажды,
позови с собою в рай,
исцели меня от жажды,
подышать немного дай!...
…Там поют лесные птицы,
там душа поет в груди...
Сто грехов тебе простится,
если скажешь:
- Приходи!
Выучил… надо же! – Она даже немного растерялась.- А вот это?
Давно исчез, уплыл далекий берег,
и нет тебя, и свет в душе погас,
Роман подхватил:
и только я одна еще не верю,
что жизнь навечно разлучила нас
Предлагаю поэтический турнир. Ты же хотела развлечение! Я начинаю:
Я не помню тебя, извини!...
Тяжело привыкаю к разлуке,
Она поняла, почему он коварно улыбается. Потому что ей сейчас придется сказать:
Только все эти серые дни
Я ищу твои губы и руки...
Сказала. И тут же, в отместку:
Ты не горюй обо мне, не тужи,-
Он ответил, не задумываясь:
тебе, а не мне доживать во лжи,
Юлиана закусила губу. Фраза повернулась против нее.
А он уже вошел во вкус:
Уже не похожее на трепыханье
упругое чувствую
сердцебиенье...
Надо было продолжать:
И, значит, спасенье -
второе дыханье.
Второе дыханье.
Второе рожденье!
И тут же ему – мстительно:
Напрасно стараться будешь:
нет любви — не добудешь,
Он добавил с нажимом на последнее слово:
есть любовь — не забудешь,
только счастье загубишь.
Послушай, Юль, тебе не кажется, что я выигрываю? Нет? Тогда лови:
Мне - лукавить не стану
все глаза твои чудятся,
Поймала. Ответила почему-то волнуясь.
то молящие, жалкие,
то веселые, жаркие,
счастливые,
изумленные,
Рыжевато-зеленые…
Сразу опомнилась. Сказала почти зло:
Знаешь ли ты, что такое горе,
когда тугою петлей на горле?
Знаю, Юль. Знаю.
Когда на сердце глыбою в тонну,
когда нельзя ни слезы, ни стона?
Но ведь:
Есть признания,-
их произносишь с трудом,
для всего объясненья придумав заранее...
Да. Есть, Рома…
Но большое и честное мужество в том,
Чтоб себе не подыскивать оправдания.
чтобы прямо сознаться:
мол, так-то и так,
жалко нервов
и времени тратить не хочется...
Не хочу я тратить нервы и время на то, что бесполезно.
Почему бесполезно?
Говоришь ты мне:
Надоела грусть!
Потерпи чуть-чуть,
я назад вернусь.
Нет. И еще раз нет! Никаких камбеков!
Ты любил,
и я тебя любила...
А совсем не нужно это было,
зря мы ревновали и страдали,-
нас другие счастья в жизни ждали.
Укорил.
Юлиана! Вспомни продолжение:
Только, друг мой, стоит ли лукавить?
Разве можно жизнь, как строчки править?
Я тебя прошу, произнеси это вслух:
Ты все думаешь — я чужая,
от тебя за десятки верст?
Ты все думаешь — нет мне дела
до озябшей твоей души?
Потемнело, похолодело,
зашуршали в траве ежи...
Она послушно сказала:
Вот уже и тропы заросшей
не увидеть в ночи слепой...
Обними меня, мой хороший,
бесприютные мы с тобой.
Покраснела. Подняла на него глаза. Показалось, или что-то блеснуло?
- Ты теперь девушек стихами соблазняешь? Удачная идея. Что качаешь головой? Я не права?
- Не права. Я эти стихи впервые вслух читаю. Они же наши с тобой!
- Дарю идею! Можешь запатентовать. Даже на меня подействовало.
Посмотрела в упор и вдруг шепнула:
- Поехали ко мне, нет, лучше к тебе. Или в номер поднимемся? Прямо сейчас! Одно маленькое безумство, о котором я потом пожалею.
- Нет. – Вырвалось, упало камнем между ними.
- Нет? Почему? Я тебе не нравлюсь? А как же все твои признанья?
- Представляешь, только что понял – не хочу. Не хочу больше маленьких безумств и приключений. Даже с тобой. Хочу, чтобы по-настоящему.
- Я тебя не люблю! – сжала ладонями виски.
- Ты просто забыла, что любишь. Я помогу вспомнить, клянусь!
- Я Сашку люблю! – повысила голос так, что посетители ресторана стали оборачиваться.
- Не правда, – тихо и уверенно. - Я видел вас рядом.
- У меня есть ребенок. От него. – Бросила признание в лицо, и ждала ответа со страхом.
Ему показалось, что ударили ножом в сердце. Когда смог вдохнуть, произнес, не веря, что это говорит он:
- Усыновлю… Удочерю. Выбери меня, Юль. Дай еще один шанс.
- Не знаю, нужно ли мне это…
- Давай - все с нуля. Познакомимся. Начнем встречаться. Не будем торопиться, столько лет ждали и еще подождем.
Она хотела что-то сказать в протест, но он остановил ее.
- Я тебе противен? Если уж ты готова была подняться со мной в номер, может, согласишься завтра поужинать? В качестве эксперимента?
- Узнаю Малиновского. Обаяние и напор. А если я соглашусь? С условиями…
- Согласен заранее на любые условия!
- Теперь ты торопишься! А вдруг я потребую твоей стерилизации? Не пугайся, я шучу. Первое условие: никаких интрижек и загулов во время… эксперимента.
- Ну, это я выдержу. А ты?
- Постараюсь. Второе условие: ты перестаешь цепляться к Сашке. Катерина мне рассказала о своих подозрениях.
- Сделаем, - буркнул сердито. – Пусть живет, совратитель чужих девушек.
- Кто бы говорил. Бабник! Кобель, не побоюсь этого слова.
- Ругай меня, Юлечка, ругай. Только не бросай. Исправлюсь!
- И третье условие: сейчас ты мне честно расскажешь, как здесь оказался и чем занимался. Это будет проверкой на готовность к эксперименту.
Он замер. Сказать? Возненавидит…
- Я здесь подкарауливаю по-очереди Алекса, Катю, тебя. Сначала лежал в постели Ткачук, изображал Воропаева, чтобы Катя увидела его измену. Сам то он отказался! Все планы нарушил. Но я с Надеждой не спал! - Поперхнулся. – Сегодня. Даже брюки не снял, накрыл ноги покрывалом.
Потом пытался напоить Катерину, вызнать удалось ли мероприятие, сгустить краски, нагнать туману. Она сейчас в номере, спит. Думаю, они с Алексом уже разобрались, что к чему. Не делай такие глаза, я ее пальцем не тронул. Я же не чудовище, пожирающее хорошеньких девушек. Мы с ней говорили о тебе и обо мне. Она сказала – иди, завоевывай! Я послушал.
Знал, что Воропаев встречается здесь с женой, решил сдать ему Катьку с рук на руки и полюбопытствовать, что за краля его супружница. Не знал, что ты. Честно. Чуть не сбежал, но решил прыгнуть в омут с головой…
И как тебе результаты проверки?
- Сволочь ты, Рома. Удумал чего. Слов нет, какая сволочь. И все из-за …
- Из-за того, что он тебя увел. Увез. Заставил забыть меня.
- Я сама ушла. И почему ты Катю послушал?
- Она же любит. Она понимает. Вот и подумал – или сейчас, или никогда. Не могу я больше существовать без тебя! Презираешь, да?
- Если Катя не сердится на тебя… - она задумалась. – Катерина что-то в тебе разглядела? Интересно, что. А давай попробуем! Поужинаем.
- После всего, что я тебе раскрыл?
- Страдающий Малиновский, читающий стихи, говорящий правду, отказывающийся от приключений – это уникальное явление. Хочется изучить. "И с собой разобраться".
- Я, пожалуй, ждать Сашу не буду. Поеду домой. – Встала, взяла сумочку. Он опустил голову ниже плеч.
- Проводишь, Ромашка? Но только до подъезда. Только не сияй так, распугаешь посетителей. Ничего я тебе обещать не могу.
Последний раз редактировалось Ramayana 23 дек 2007, 03:19, всего редактировалось 1 раз.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Зоечка, умеешь удивить! 
