|
ну, вот еще чуть-чуть...
Глава 45.
Ох, и попало ей вчера за позднее возвращение! Отец устроил показательно-воспитательный процесс в два часа ночи, сразу по возвращению дочери. Саша - молодец, проводил до квартиры, защищал грудью, удивительно красочно описывая форс-мажорные обстоятельства. Можно сказать, стоял насмерть и удалился, необделённый папиными нотациями и мамиными блинчиками, тщательно упакованными и втихаря сунутыми в руки на прощание.
Досталось от Валерия Сергеевича и Кольке, заснувшему в дочериной комнате за компьютером с пирожком и фотографией Вики в руках. Когда Кольку выдворили по месту постоянной регистрации, Кате еще раз напомнили, какая она неблагодарная дочь и отправили спать.
Она лежала в постели ровно, как примерная девочка, положив руки поверх одеяла, и, одев для сосредоточенности очки, размышляла о своем непримерном поведении. Уже в который раз огорчила маму с папой «задержкой на работе», врала бессовестно, а уж чем на самом деле занималась… Папулю удар бы хватил, если бы он узнал. Секс до брака! А мама что-то подозревает, это точно! Столько твердит об осторожности в последнее время. Но Сашку упорно подкармливает, все причитает, что мальчик худенький. И не такой уж он худенький. И вовсе не мальчик. Но и не Шварценеггер, к счастью. Катя вспомнила поджарое мускулистое тело и вздохнула. Она превращается в озабоченную маньячку, потому что видит перекатывающиеся при движениях мышцы даже тогда, когда Саша одет. Касается рукава его пиджака, а чувствует под пальцами обнаженную кожу. А уж когда он дотрагивается до нее… Башню сносит конкретно, как выражается Колька. Даже страшно становится, насколько она ему доверилась. Нет такой вещи, которую бы она не сделала, если бы Саша попросил. Не в жизненном плане, конечно. Например, с балкона не прыгнет, и компанию не развалит. Принципы есть принципы. Но когда они вдвоем… Будто это не Катя Пушкарева вовсе, а гейша какая. Вот бы ничего не помнить потом! Нет, не согласна она расстаться со своими воспоминаниями. Интересно, долго так будет? Когда притупится острота ощущений? Когда придет привычка и размеренность? Хоть бы не скоро. Не стоит волноваться раньше времени… Сашка обязательно что-нибудь придумает.
А еще… А еще с ним так хорошо рядом, и наедине, и среди людей – в офисе, ресторане. Душевный комфорт. Нет ни покровительственной снисходительности, ни сюсюканья, ни нарочитой готовности оградить от хлопот и решений. Он признает ее равной по уму и силе характера, но оставляет возможность почувствовать себя защищенной. Не давит, не заставляет, не умоляет, не выпрашивает. Может посоветовать что-нибудь и сам спросить совета, хотя, разбирается, кажется, во всем на свете.
Но с другими - он другой. Не Саша – Александр. В деле – жесткий, рациональный, целеустремленный. Умело манипулирующий противниками шахматист. Абсолютно закрытый. Не дай бог, обзавестись таким врагом! Зато, если станет другом… Только не так-то просто завоевать его расположение. Сколько уже они встречаются, близки, как никто, а он про жену так и не рассказал. Ничего, она подождет, не лопнет от любопытства… Пушкаревы, они терпеливые. Если только дочь не задержится до ночи.
Надо спать, завтра на работу. В обед снова увидит его. И вечером. Как же она соскучилась.
Утром она вышла из дома, а он уже стоял, облокотившись на машину.
- Не опоздаэш, красавыца? – изобразил грузинский акцент. – Садыс, подвэзу.
Катя прижалась щекой к его плечу и оказалась запахнутой в полы пиджака.
- Я соскучился. – Сообщил информацию, будто это курс доллара, установленный на сегодня центробанком. До сих пор стесняется романтических фраз и порывов.
- Я больше. – Она подставили губы для поцелуя, но Саша не торопился.
- Я раньше начал, сразу, как вышел от тебя вчера.
Она тоже умеет быть упрямой.
- А я – до того, как ты вышел. – И целует его сама. Против такого аргумента трудно возразить.
Елена Александровна смотрела в окно на то, как дочь садилась в машину Воропаева. Только бы все получилось, только бы сегодняшний сон не сбылся. Ее девочка еще никогда не была такой счастливой.
Юлиана рассеянно крутила в руках зонт и вспоминала прошлый вечер. Что на нее нашло? Сто лет стихов не читала, не восторженная школьница уже, а проняло. Или все дело в том КТО их декламировал? Такой же обаятельный, чертяка, как и двенадцать лет назад, с этим фактом не поспоришь. Или дело в том, КАК он произносил рифмованные строки? С пониманием и чувством. Раньше слушал в пол уха и посмеивался.
Раньше… Вот ключевое слово. Она, как и все женщины, любит путешествовать в прошлое на волнах своей памяти. А прошлое – это он, Рома, Ромочка, Ромашка. Назвала его так вчера по старой памяти, сразу накатило горько-сладкое… Зачем согласилась встретиться? В одну реку не войдешь дважды. Пусть он выучил стихи между походами по своим моделькам, что это меняет? Она и тогда не верила, что у них что-то получится, а уж сейчас и подавно. У нее есть мама, дочка, работа, Сашка – единственный друг среди мужчин. Масса знакомых и приятельниц. Новая подруга Катя, которая сидит сейчас в соседней комнате, увлеченно подсчитывает смету очередной пиар-кампании и поглаживает мобильник в ожидании звонка любимого мужчины. Счастливая – у нее все в настоящем. Зачем же ей, Юлиане Виноградовой, нужен Малиновский? Взять реванш? Развлечься? Доказать себе, что все закончилось?
Вчера он подвез ее до дома, всю дорогу развлекая разговорами про звезды и галактики. Странная тема. Нервничал, говорил меньше, чем обычно, почти не шутил. И не пытался расточать комплименты, приставать. Наверное, повзрослел, стал понимать, когда это не к месту. У подъезда простился и корректно чмокнул в щеку. А она чуть подалась вперед, ожидая поцелуя в губы, смутилась и рассердилась на себя. Выдала ему нечаянно тайное желание. Сколько раз видела, как он на тусовках целует куколок и каждый раз ощущала вкус его мягких и требовательных губ. Не перебили бурные романы ее первые девичьи эротические впечатления, как ни старалась.
Утром пришла – полюбопытствовала у секретаря, не было ли писем, звонков. Оказывается, ждала хоть какого-то знака внимания от Малиновского, в любви же клялся. Кате вон Алекс прислал крокус в горшочке. Этакий трогательный подснежничек. Забыл Малинка все правила ухаживания или старается оригинальным быть? Вроде доказывая, что изменился. Конечно, изменился, все меняются. И она вот тоже – умнее стала, независимее. Как же надоела эта независимость!
- Юль, почту глянь! Электронную!
Сердце подскочило вдруг. Письмо с безликого адреса. Barashka.net
«Заеду в офис в семь. Будь готова».
Юляшка-Барашка. Комок кудряшек. Так он ее дразнил из-за висящего в рамочке над кроватью стиха про барашка.
Он был нахален, глуп и весел,
Хоть и ходил еще с трудом,
И при ходьбе, как ножки кресел,
Он ставил ноги под углом.
И он считал, что все на свете
Уже постиг, как дважды два,
Что для него растут в кювете
Лопух, ромашки и трава,
Что солнце для него купалось
В далекой бездне голубой,
Судьба барашку улыбалась,
И он доволен был судьбой.
Но он не знал, комок кудряшек,
Что в той улыбке спрятан клык...
Он верил в то, что он - барашек,
Но он не знал, что он - шашлык.
Она готова была реветь от жалости к барашку, а Ромка смеялся и твердил, что не прочь отведать шашлычка.
Что ж. Его программа ясна. Будет водить по местам боевой молодости, бить на ностальгию по прошлому и дожидаться, пока она сама упадет в его объятья. Не упадет. Разве один разок, если очень захочется.
- Юлиана, тебе тут курьер принес… - в дверях стояла изумленная Катерина и протягивала на раскрытой ладони маленький горшочек с цветущим кактусом. Цветочек у него был маленький, желтый и очень красивый, а иголки длинные и острые. В землю был воткнут сложенный зонтик, точь-в-точь как те, что кладут в коктейль для украшения.
- Записка была?
- Нет, парень сказал – для сеньоры Виноградовой. И все. Ты что-нибудь понимаешь?
Юлиана поставила подарок рядом с настольной лампой, попутно уколов палец. Кивнула. Что тут непонятного. Какова женщина – таков и подарок.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
но мало ! 
Спасибо тебе за моего любимого Алекса 
Откуда такая сила воли ?