|
14. ПОГЛОЩЕНИЕ или БЕЛАЯ ПОЛОСА несмотря ни на что!
Положение, в которое попала компания, требовало немедленного решения, и Жданов его нашел. На поиски пути выхода из западни, в которую он сам того не желая, завел «ZIMALETTO», ушла ночь.
Бессонная ночь, наполненная чем-то непонятным и влекущим, когда и мыслей-то особых ни о КОМ не было, а властвовали только ощущения…
И, чтобы избавиться от них, Андрей проигрывал в своей голове один вариант спасения за другим, пока полностью не просчитал тот, на который рассчитывал с самого начала проблем.
И на следующий день он сказал Катерине:
- Кать… Пришло время, когда «НИКА-мода» должна выполнить свое предназначение.
- Какое именно?
- Она должна нас поглотить.
- Да, Вы что, Андрей Палыч! Этого же можно избежать!
- Нет, я думаю, что нам необходимо подстраховаться… В нашем случае, лучше рано, чем поздно.
И они поехали к адвокату…
…- Итак… Подписывая этот документ, Вы подтверждаете передачу компании «ZIMALETTO», все права на ее имущество в полную собственность компании «НИКА-мода»?..
- Да… - ответил Жданов, после секундного колебания.
- Андрей Палыч, может быть…
- Нет, все, так как нужно.
- Значит, подтверждаете… Хорошо! Подпишите вот здесь…
И нотариус показал тонкую черную горизонтальную черточку, на которой Андрей должен был оставить свой автограф…
Чувство сомнения на мгновение пронизало его, но он взял ручку и…
Поставил на документе свою шикарную размашистую подпись!
- Ну, вот Кать! Теперь не Вы, а… Как Вы там говорили? «Отныне в Вашей воле я!». Так?
- Андрей Палыч… Но все-таки мне кажется, что Вы поторопились...
- Ничего. Я — подстраховался, Кать... Ведь Вы же меня не бросите?
- Никогда!
Она не только «не бросила» своего шефа, но и решила все проблемы, возникшие после того, как в «Вестнике государственной регистрации» напечатали статью о закладной «ZIMALETTO». Кто бы знал, сколько сил и нервов Пушкарева потратила на то, чтобы успокоить всех кредиторов, вселить уверенность в партнеров и убедить их в необходимости продолжения работы с модным домом... А она — и откуда только силы брались! - уверенно, точно, конкретно отвечая на все вопросы, никогда не позволяла себе ни капли слабости. И добивалась своего!
Никогда девушка не проявляла по отношению к начальнику откровенной стандартной жалости, хотя от этого чувства к нему у нее сердце разрывалось. Катерина знала — жалость будет его только раздражать, а потому... Она помогала, а не жалела...
И помощь ее оказалась действенной!
Особенно в решающем разговоре со Шнайдеровым, который произошел в «Атлантик-банке».
Из окна кабинета Максима Ивановича открывался роскошный вид на город. Все в этом помещении не просто говорило, а констатировало тот факт, что его хозяин — человек успешный, стабильный, надежный и требует таких же характеристик от своих партнеров по бизнесу. А именно это сейчас и вызывало сомнения.
– Андрей, я не понимаю твоего спокойствия! Это, как ты говоришь, временные проблемы? Напоминаю, что нет ничего постояннее, чем что-то временное... «ZIMALETTO» стоит одной ногой в могиле в буквальном смысле этого слова! Что думаешь делать дальше? – глаза Шнайдерова вопросительно глянули на Жданова.
– Нас могла бы спасти реструктуризация, и поэтому я всерьез рассчитываю на Вашу помощь...
- А чем ты можешь гарантировать мои капиталы, вложенные в твою компанию? - интересы собственного дела всегда были превыше всего.
Это азы бизнеса. Здесь нет места ни помощи, ни дружбе...
– А честное слово Жданова младшего?
– Ты бы еще и ус вырвал, как старый грузинский князь... – мрачно усмехнулся банкир. – Хорошо... Я попробую помочь, и вынесу этот вопрос на обсуждение на очередном заседании совета директоров.
Катерина все это время смотрела в окно...
Светло как! Ноябрь, а солнце-то как калит!..
– Другие банки помогли бы с нашей реструктуризацией долга без обсуждений на совете директоров. Это же просто мелочь, для такого банка, как Ваш.
«Талантливо врет!»
– Андрей, для меня это большой риск, а ты знаешь, как я этого не люблю!– сказал Шнайдеров. – А что говорит твой отец?
– Я не обсуждаю с ним такие мелочи, – твердо сказал Андрей.
– Значит, он еще и не знает? Превосходно! И ты говоришь, что это — мелочи! – банкир угадал настоящее положение дел.
– Я все ему расскажу, когда все придет в норму, – твердо сказал Андрей.
- Ох, Андрюха, Андрюха... Пашка эту компанию на пустом месте создал...
– И я в лепешку расшибусь, но не дам «ZIMALETTO» пропасть! Только помогите мне! Мне нужно время...
- Вот только одного твоего слова мне мало...
- А если к слову Андрея Палыча я добавлю свое? - вдруг раздался голос Пушкаревой.
Шнайдеров снисходительно посмотрел на нее, но вдруг замер, пораженный решимостью, читающейся в ее взгляде.
- Максим Иванович... Андрей Палыч действительно прав... Риск в нашем случае, конечно, есть, но мы сведем его к минимуму, а потом... «НИКА-мода» вовсе не заинтересована в том, чтобы уничтожить «ZIMALETTO».
- Но она его поглотила!
- Чтобы спасти... И этим занимается в настоящее время... Если Вы переживаете, что мы нарушим график выплат, то... То зря... Девушка поднялась с места и подошла к столу директора банка.
- «НИКА-мода» сегодня передаст «ZIMALETTO» приличную сумму денег именно на погашение Вашего кредита.
- Интересно, и как это будет выглядеть? Очередной кредит?
- Нет... Беспроцентная ссуда... Лет на пятьдесят... Никто же не запрещает такой жест доброй воли?
- Кто же согласится на такое?
- А «НИКА-мода» уже согласна.
- А откуда такие деньги? - этот вопрос интересовал и Жданова, который потрясенно молчал, сидя в своем кресле и не сводя глаз со своей помощницы.
- А откройте-ка бизнес сводку биржи, Максим Иванович... Пожалуйста...
Странное дело, это ее «Пожалуйста» прозвучало как приказ.
Шнайдеров на секунду даже потерялся в своих мыслях... Откуда же ты взялась, девочка? Ведь только что сидела здесь — маленькая, серенькая, тихая — и вдруг: «Пожалуйста...». Нет! В ней что-то есть такое...
- Что именно должно меня заинтересовать?
- Акции «Триппл ЭМ».
Катя улыбнулась. Как хорошо, что Колька отчитывается перед ней за все дела их фирмы каждый вечер! Теперь она точно знала, что именно и когда произойдет... Потому как в Зорькине не сомневалась. Он - гений!
И это подтвердилось фактически.
- Так... Ни фига себе! Акции-то в цене упали!.. И как! Вот это вам «новости часа»... В прибыли осталась только брокерская фирма... «НИКА-мода»? - Шнайдеров вопросительно посмотрел на Пушкареву.
Та молчала и не двигалась.
«Держи паузу!».
- Прибыль составила... Черт...
- Сколько? - только и спросила Катя.
- Четыре с половиной миллиона долларов...
- Нам хватит, Андрей Палыч? - повернулась к Жданову Катерина.
Андрей только и смог, что кивнуть головой.
А Пушкарева села обратно на свое место рядом с ним.
- Теперь Вы видите, Максим Иванович, что в компании «НИКА-мода» работают понимающие непреложную истину люди — помоги другому, и когда-нибудь он поможет тебе... Деньги, которые мы получим, пойдут на уплату очередных процентов по кредиту... Все без обмана, но... У нас есть план, который поможет «ZIMALETTO» выйти из кризиса, и он требует вложения именно в сферу производства, а это значит, что рестуктуризация долга нам необходима, как воздух!
«Вот тебе и малявка-пигалица... Сколько достоинства, сколько силы, сколько уверенности! Вот ее слову - поверю! Поверю, и все тут! Это действительно самое дорогое, что может быть...».
- Катерина Валерьевна, а что Вы так переживаете за «ZIMALETTO»? С Вашими мозгами и способностями Вы без работы ни дня не просидите!
- Но мне очень бы хотелось найти применение моих, как Вы выражаетесь, мозгов и способностей именно в этой компании...
- Похвально...
- И потом, если Вы до сих пор не уверены... Новая коллекция не только покроет все убытки, но и принесет прибыль!
И тут Шнайдеров рассмеялся. Громко и от души.
- Ну, все! Все! Верю! И усов дергать никому не надо, да их и нет тут ни у кого... Готовьте бумаги, Катерина Валерьевна!
Рука Андрея нашла ладошку Кати и сжала ее.
Девушка почувствовала, как ее пальцы задрожали, но уверенности в голосе не убавилось.
- Хорошо, Максим Иванович. Я все подготовлю!
Они одержали еще одну победу!..
…- А я хотела Кольку отругать, за то, что он так рискует на бирже... А видите, как все получилось?
Но сейчас даже упоминание о Зорькине не могло испортить настояния Андрею. Он, окрыленный успехом, подхватил Катю на руки и закружил прямо на крыльце банка!
- Катя! Вы - волшебница!
- Андрей Палыч! У меня голова закружилась....
- Простите...
Жданов осторожно поставил девушку на крыльцо и поддерживал ее, пока она не открыла глаза.
- Простите, я не подумал, что Вы так отреагируете...
- Я вообще-то не боюсь, но... За Вас испугалась. Вдруг, поскользнетесь... Упадете...
- Это с Вами-то на руках? Никогда! Вы — самый драгоценный работник в «ZIMALETTO»! Без Вас — я как без рук!
«Хорошо, хоть как работник я ему нужна», - подумала Катерина.
- А теперь в компанию? - спросила она.
- Да. Необходимо еще просмотреть условия сделки с «Макротекстилем» и подготовиться ко встрече с Полянским. Еще бы и его уговорить!
И уговорили!
У них двоих вообще началась «белая полоса» успеха!
Переговоры с «Макротекстилем» превзошли самые смелые ожидания Жданова. Контракт был подписан! Да, еще на каких условиях! Скидка на ткани была у них в кармане после того, как Катерина на требование о полной предоплате, ответила предложением приобрести у данной компании тканей на ряд последующих коллекций «ZIMALETTO» в течение года, если «Макротекстиль» пойдет навстречу модному дому, сделав уступку в цене и… Предоставив удобный график выплаты за материалы!
На все придирки и доводы бизнесменов, Пушкарева находила свои причины, с помощью которых, она в пух и прах разбивала их попытки настоять на своем и обращала ситуацию в пользу «ZIMALETTO».
То же самое произошло и на встрече с Полянским, который, ошалев от напора этой девочки, признался Жданову, когда Катерине понадобилось время для работы с бумагами:
- Андрей… Я, сознаюсь, завидую тебе черной завистью… Какой работник! Это же ведь немыслимо: с ней говорить лишний раз не надо — все понимает без слов! Деловая хватка, как у акулы... Даже забываешь, что с женщиной разговариваешь... Ее, по слухам, некоторые уже побаиваться начали! Знаешь? А самое удивительно, это то, как она умудряется за такой короткий кусочек времени столько информации собрать, проанализировать и собрать заново уже в том порядке, который необходим для дела... Голова... Сделка эта, прости за прямоту — ее заслуга. Она сейчас вносит в контракт кое-какие изменения, и все. Эх, Андрюха! Мне бы такого человечка да с такими-то мозгами!
- И не думай даже… - озвучил Жданов самый распространенный свой ответ на часто задаваемый ему вопрос в последнее время, не в силах отвести своего восхищенного взгляда от Кати.
И буквально через мгновение к восхищению примешалась ревность.
Катя – ЕГО помощница! И пусть больше на нее никто не рассчитывает! Даже мысленно не пытается увести!
А потому такая своеобразная «деловая ревность» (а деловая ли только?..), заставила его быстро завершить переговоры с Полянским и уехать в «ZIMALETTO».
Компании без Малиновского и Воропаевой суждено было провести еще неделю…
Две недели, которые сблизили Андрея с Катей еще больше…
…Привычка появилась уже давно, а теперь она оформилась в самый настоящий ритуал…
Привычка к чему? А к вечерним чаепитиям…
Вечером, перед самым уходом Андрей и Катя пили этот бодрящий напиток с какой-нибудь выпечкой. Это тоже стало маленькой традицией — то, что каждый раз никто из них не повторялся.
Да, это только у него чай был с двумя ложечками сахара каждый день, а у нее — не сладкий...
А вот десерты... Десерты каждый раз были разные!
Шоколадный торт мог смениться кексами с изюмом, бисквит на «Птичье молоко», пирожное «Жемчужинка» на коржики... А если десерты оказывали разными, то они, как дети, пробовали их с чужих тарелок маленькими ложечками, закрывали глаза, мыча от наслажедния вкусом, и выдавали вердикт: «А у Вас оказывается, вкуснее!». И смеялись…
А еще ждали чего-то… И не только чего-то из категории «сладкого десерта»…
И мужчина и женщина каждый вечер ждали «гастрономического сюрприза» и... Друг друга в несколько ином состоянии, если так можно выразиться.
Стены еще оставались «рабочими», а вот они... Они уже менялись к этому времени.
За тихими разговорами, казалось, находилось место всему: и книгам, и спектаклям, и выставкам («И как она все это успевает?»), и фильмам, и спорту («Все-таки он — настоящий мужчина до мозга костей!»), и многому другому. А спустя неделю Андрею вообще стало безразлично о чем говорить, главное — говорить с Катей. Так он уже давно и ни с кем не говорил, чтоб обо всем сразу, и ни о чем, и так душевно...
Оказалось, что и он в чем-то еще разбирался не хуже своей помощницы.
- Это на меня так общение с Вами влияет, Катенька.
- Не преувеличивайте, Андрей Палыч. Вы — разносторонний человек.
- Ну, не настолько, как Вам кажется. Например, к современному искусству как-то, мягко равнодушен. Точнее, если честно, я его не понимаю...
Это была тайна за семью печатями, потому что вот Кире Жданов в этом ни за что бы ни признался! Воропаева, как истинная Леди из Высшего света преклонялась перед всем высокоинтеллектуальным (а точнее говоря — модным): книгами, фильмами, картинами, даже если и не совсем понимала того, что хотел выразить автор сего ужаса. Она гордилась, что может принадлежать к категории «не для всех», что подчеркивало ее исключительность, неповторимость, и совершенно не замечала, что в этой толпе избранных теряла свое собственное лицо, повторяя замысловатые выражения о «неизменном таланте непревзойденного автора очередного шедевра».
Андрей-то мысленно называл все эти культурные изыски по-простому, по-русски - «хренотень», но не дай-то Бог, если это словечко было услышано Кирой! А потому, как можно было с ней разговаривать на культурные темы?
Малиновский... Да, когда-то они могли говорить часами на различные темы, но сейчас.
Девочки, женщины, модельки, бабочки, рыбки, киски, - а смысл один. Скучно!
А вот с Катей...
С Катей все было по-другому. В самый первый ИХ вечер она отговорила его от похода в театр на «Грозу» Островского, в течение которой по сцене бегали полуобнаженные герои.
- Ладно, было бы это к месту, - пожимала она плечами, отхлебывая мелкими глоточками чай, - а так, чтобы просто показать голые телеса... Не знаю... Эта современная трактовка не моя!
И все это было сказано так просто и доверительно, что Андрей, в который раз убедился в том, что это ЕГО человек.
И никаких романчиков на стороне за все это время! Андрей сам себя не узнавал… Ведь раньше он непременно бы воспользовался Кириным отсутствием, а теперь…
Что-то изменилось…
Что-то глубоко изменилось в нем, и секс – просто секс, как физиологическая необходимость организма – был ему не нужен…
Как оказалось…
Он чего-то ждал. Старался понять, но не только телом (его тело уже давно знало чего, то есть КОГО, именно хочет!), а душой… Понять душой, зачем ему все это и почему такое с ним вообще происходит…
Вот только понять ему этого до конца не дали, потому что…
Потому что из Праги вернулись Малиновский и Кира.
И оба «подкинули проблем».
Сначала, конечно же, «соло» исполнила его невеста.
Причем, так ловко воспользовалась темой дел в компании, что даже Жданов сначала ничего не понял.
Сначала были приветствия, поцелуи, какие-то вымученные у обоих улыбки (все же свадьба в марте!), разговор о планах на вечер, а потом…
Потом на глаза Кире попался отчет о продажах, который четко говорил о том, что прибыль от реализации последней коллекции была минимальна (а то, что она вообще появилась благодаря Катиному плану, Воропаевой знать было необязательно), и началось…
Да так началось, что сначала Жданов несколько растерялся, а потом…
Они так не ругались никогда за все четыре года. И дело было не в том, что они оба кричали, как два ненормальных (хотя и крики свою роль сыграли), а в том, что в конечном итоге они сказали друг другу…
- Мой отдел единственный работал нормально и все только потому, что твоя помощница не совала туда свой нос! И стоило только уехать как вот тебе – катастрофа!
- Кира, прекрати!
- Нет, не прекращу! Хватит! Неужели ты не видишь, что она только все портит?!
- Кира!
- Портит! Если бы не она…
- Если бы не она, мы бы вылетели в трубу еще месяц назад!!!
- Что?
Жданов помолчал и спросил:
- Скажи, Кир… А ты могла бы спросить меня о делах «ZIMALETTO» не так – криком и истеричными замечаниями, а… нормально, спокойно? Так, знаешь, как говорят: «поинтересоваться», а не закатывать очередной скандал на тему того, что в компании на уровне работаешь только ты? Могла бы или это тебе не дано?
Он не кричал. Он спокойно спросил и выжидающе смотрел на невесту.
А та…
Та не знала, как реагировать.
Они уже давно не разговаривали так – просто и тихо…
Отучились…
Появились новые, и не очень-то полезные привычки…
И выхода из данной ситуации, то есть такого выхода, который бы устроил Воропаеву, не было. Если продолжить скандал, то это ни к чему не приведет, это девушка уже поняла, а если перейти на тон Андрея, это будет означать, что она признала его правоту и проиграла. А этого допустить было нельзя, потому Кира…
Промолчала…
Но в данном случае это молчание ни в коей мере нельзя было назвать «золотом»…
Это было молчание-приговор…
Пока не отношениям, нет… Слишком силен был страх Андрея потерять место президента, но чему-то последнему на уровне чувств, эмоций, переживаний, что еще могло бы возродить их прежние связи…
Теперь приговор этот был окончателен.
Только дело связывало этих двоих, и Жданов это понял…
- Если тебе нечего сказать, то я прошу тебя, уйди сейчас… Очень тебя прошу…
Кира почувствовал, как к глазам и горлу подкатывает комок…
Колючий, горячий, соленый и горький одновременно…
А ведь они не виделись почти две недели…
Две недели, которые ничего не изменили, как на ни старалась, как она ни надеялась…
Ничего…
Резко развернувшись на каблуках, Кира буквально вылетела из кабинета Жданова.
Буквально через минуту ее сменил Малиновский.
- Жданыч! Привет!
Пока друзья приветствовали друг друга, менялись новостями, Катерина, поздоровавшись с Романом, прошмыгнула из кабинета в коридор, бросив на ходу:
- Там от Кольки документы Федька привез… Я сбегаю…
И эта фраза почему-то насторожила Малиновского.
- Слушай, - спросил он задумчиво. – А кто этот Коля вообще?
- Друг детства, - подал плечами Жданов.
- И насколько он в курсе наших дел? Ты не интересовался у своей драгоценной помощницы?
- Катя – надежный человек! Болтать лишнего не будет, а если что и сказала, то…
- А ты ее знаешь, мой президент? Она же как человек – закрытая книга… Причем, книга эта «Инструкция по фокусам»! Никогда не знаешь, чего она у тебя выкинет… А потом скажет: «Ловкость рук и никакого мошенства!»…
- Ром. Хватит, а?
- Ну, ладно, в ней ты уверен… А в этом Коле? А? Может. Он твоей Катенькой, как марионеткой управляет, хотя в такое мало верится? Не думал о таком положении дел?
- Ну, и что ты предлагаешь?
- Ну… Поговори с ней хотя бы… Узнай там… Прощупай почву!
– Может, еще и приударить?
- А что? Было бы не плохо! Подстраховался бы…
- Дурак ты, Малина! Кате я доверяю настолько, что…
И Андрей признался, что теперь «ZIMALETTO» принадлежит Пушкаревой…
- И ты говоришь МНЕ, что Я дурак? – прошипел Роман. – По-моему, это тебе надо говорить, глядя на свое отражение в зеркале!
Как в кино, именно в этот момент в кабинет вошла Катя. Она смотрела на двух мужчин, которые, нахохлившись, стояли друг против друга, и никак не могла понять, в чем дело.
- Какие-то проблемы? – решилась спросить она.
- Да тут… - смутился Жданов, а Роман спросил прямо:
- Катя, скажите, а кто такой этот Ваш Коля?
- Мой лучший, хотя… Единственный друг, так будет правдивее… С самого детства… А что?
- А что он знает о наших делах? – инициативу в разговоре взял на себя Малиновский.
Андрей молчал и только слушал.
- Ведь, то, что происходит в «ZIMALETTO» - это тайна… Коммерческая тайна и…
- Он партнер по «НИКА-моде», который добывает с помощью игры на бирже необходимые в настоящий момент средства, и ему можно доверять так же, как и мне.
- То есть он все знает?
- Да.
- Видишь? – Роман повернулся к Андрею, но тот спокойно ответил:
- И я про это знаю, - («Хоть это и не приносит мне радости, елки-палки…»). – Этот Зорькин («Ну, что за фамилия?!»), действительно потрясающий финансист… Короче так решим: у меня есть ты, у Катерины – Николай. Ясно?
- Ясно, - ответил Роман.
- Тут, кстати, он кое-что прислал… Андрей Палыч, не посмотрите? Я с вами хочу посоветоваться…
- А что это?
- Колька новый план предложил… С биржей опять… Ознакомьтесь, а? Я никак не решусь сказать «Да»… Деньги-то – Ваши…
Жданов победно посмотрел на Малиновского и взял бумаги.
- Присядь, - сказал он другу. – Есть на что посмотреть… Тут неделю назад нам четыре миллиона баксов привалило…
- Сколько? – рухнул в кресло Роман.
- Четыре миллиона долларов… После одной вот, - Андрея потряс папкой, привезенной Зорькиным, - такой операции…
- Так! Спокойно! Рассказывайте, что тут было, пока меня не было!
И Малиновский «навострил уши»…
…Когда о планах на дальнейшее развитие компании все было сказано, Роман подвел итог.
- Короче, нам нужны выгодные партнеры на покупку тканей еще и кроме «Макро- текстиля»… Так я понял?
- А как же «Макротекстиль»? – спросила Катерина.
- Но Вы ведь только что сказали, что сделка с ними вступает в силу только с января…
Пушкарева улыбнулась.
- А ЭТУ коллекцию Милко «кровь из носу» хочет сдать до Нового года!
- Вот именно! – согласно кивнул ей Малиновский. – А что это значит? Значит мы можем закупить ткани у кого-то еще. Это же не январь, а ноябрь! Ну, если не оперативно сработаем. То декабрь… И еще, никаких претензий к нам в случае того, что мы нашли другого поставщика, на этот раз быть не может, потому что эскизы для своей коллекции Милко сдает на днях, то есть до начала нового года!
- Как это я сама не додумалась… - восхищенно протянула Пушкарева.
- Приятно, черт побери, хоть в чем-то оказаться сообразительнее Вас, Катенька! – рассмеялся Роман. – Ведь я правильно истолковал вариант развития событий?
- Да… Во всех договорах речь идет о коллекциях нового 2006 года. Просто, мы не ожидали, что Милко Вуканович так быстро сдаст эскизы… В прошлый раз этот процесс был очень долгим…
- Так, в прошлый раз Вы его на шашлыки не возили! – рассмеялся Малиновский.
- Это действительно оказалось действенным! – в ответ рассмеялась Катя.
- И что мы будем делать? – вдруг нахмурившись, спросил Жданов, подзабытый этими двумя.
- Купите мне билет в Узбекистан! – вдруг выдал Роман.
- Куда?! – хором спросили Катя с Андреем.
- Хватит мне по дождливой Европе разъезжать… - мечтательно прикрыв глаза, протянул Малиновский сладким голосом. – Хочу к знойным девушкам Азии в гости!
- Востока, - поправил его Пушкарева.
- Ах, да! Востока… Представьте только… Я – цветущий и красивый - среди хлопковых полей…
- Зная тебя, скорее, ты – среди собирательниц хлопка! – хмыкнул Жданов.
- Вот вечно ты все опошлишь! – возмутился Роман, по-актерски взмахнув руками. – А на самом деле… Мне кинули тут информацию, что там есть одна фирмочка, которая по очень хорошей цене может продать очень хорошие ткани.
Катерина в этот момент почувствовала какой-то укольчик внутри…
- А что за фирма? На каких условиях она может заключить сделку? Как все пройдет таможню? – сразу же закидала она Малиновского вопросами.
- Вот для этого-то мне и нужен билет. Полечу – узнаю, отзвонюсь… Как вам вариант?
Катя молчала, а Андрей был согласен.
- Лети завтра же. Нам действительно надо торопиться.
- Тогда я заказываю билет! – улыбнулся Роман.
- Заказывай, Карлсон!
- Издеваешься… Да?.. А я только с одного самолета на другой пересаживайся…
- Тогда летай на своем моторчике, - едва сдерживался Жданов. Все-таки без Ромки было бы скучно!
- Каком моторчике? – не понял тот.
- Ну, ты ж Карлсон! На кнопку жми и… В Узбекистане! Красивый, в меру упитанный, в самом расцвете сил!
- Ну, в меру упитанный, как я погляжу на твое лоснящееся личико, из нас двоих – ты, - ответил Ромка. – Признавайтесь, Катя, откармливаете тут нашего президента?
- По мере сил! А Андрею Палычу идет, потому что, как раньше говорили: «Мужчина в теле хорош в любом деле! И в поле, и в доме, и…»… - тут она жутко покраснела и отвернулась, почувствовав, как горят ее щеки.
«Ну, кто же тебя, дуру, за язык-то тянет?!»
- А где еще, Кать? – наивно спросил Жданов.
- Не помню… Я… Пойду бумаги дооформляю! – и она скрылась в каморке.
Малиновский сидел красный, но не от смущения, а от сдерживаемого смеха.
- Чего т я не понял? А чего это она?
- Жданыч… А ты, правда, продолжения не знаешь?
- Нет, - пожал плечами Андрей.
- Да… Сразу видно, что ты не знаток фольклора…
- Ну, что там дальше-то? – теперь Жданову было делом принципа узнать продолжение.
- Да… Была б наша Катерина красавицей… Я б за ней точно приударил! Даже, возможно больше… - Ромка задумался, а Андрей снова почувствовал приступ какой-то ревности.
- Слушай, ты…
- Да, ладно, ладно! Не придуши, Отелло! Шучу… Я ж помню, что Катя только твоя… Ты ж всем уши прожужжал.
- Дальше-то там что?
- Слушай сюда, мальчик! «Мужчина в теле хорош в любом деле! И в поле, и в доме, и…», - Роман сделал интригующую паузу.
- Короче, Склифосовский!
- Еще раз! «Мужчина в теле хорош в любом деле! И в поле, и в доме, и… в постели!». Понял, чего наша Катенька покраснела?
Жданов молчал и только смотрел на закрывшуюся за девушкой дверь.
Ромка что-то еще говорил, смеясь, а Андрей, ощутив, как волна, ставшего уже привычным за эти дни, какого-то удивительного желания заполняет его, решил, что надо чем-то отвлечься. Иначе…
- Слушай, Малин, а пошли-ка в ресторан, а?
- А Кира как же?
- А мы уже виделись, - недобро усмехнулся Жданов.
Малиновский посмотрел на него внимательнее.
- Знаешь, я, конечно, понимаю все, но… Рвал бы ты с ней, Андрюха… И хрен с ним с президенством…
- Ты серьезно? – обалдело глянул на друга Андрей.
- А черт его знает…
Он нервно прикусил губу…
- Галька три ночи подряд снилась… А ты не обращай на меня внимания. Жданыч!.. Так… Сопли все это… Делай, как знаешь… Как решил… Все-таки, Кира – классная партия! Да и на свадьбу многое, наверное, запланировали, или даже уже потратили… Я в таких делах расчетливый! Может, просто ляпнул не подумав!.. Все-таки семейное дело… Да, и моя работа, между прочим!
Но главное Андрей услышал. И главное было не в этих словах друга, которыми он теперь сыпал, как из пулемета, а в том, что он сказал до них…
- А давай закатимся к «Севе», а? Жданыч, не против?
- Только в чисто мужской компании!
- Монах, блин… Только я тут наметил пару цыпочек охмурить…
- Ромк, ну, давай просто поговорим, а?
- Ладно! Давай… Мне тоже хочется просто… Поговорить…
И они уехали.
А утром Малиновский вылетел в Узбекистан.
Никто даже не подозревал, какими удивительными событиями обернется этот полет.
Знала только Судьба, раздумывающая над тем, кому же все-таки отдать победу в футбольном матче, который многое должен был изменить в судьбах работников «ZIMALETTO»… Это тоже надо было просчитать!
_________________ Своих в полет я отпускаю белых птиц!
По свету разнесут они любовь...
Ведь для свободных птиц на небе нет границ!
И нет преград для моих птиц!
Белых птиц!
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
сейчас всё что пропустила читаю скажу что у тебя в НЕЖДАНКЕ Милко положительный персонаж он мне очень понравился!!! 
жду новую проду 
