|
18.
Спустя два месяца.
- Да… Компания НИКА-мода слушает… Здравствуйте, Сергей Петрович! Конечно, Ваш заказ уже выполнен… - Катерина отвечала на телефонный звонок одного из лучших клиентов и собирала папку документов для отправки. - Хорошо. Наш курьер доставит Вам все необходимое через час. Всегда рады с Вами работать! До свидания…
Она положила трубку и с восторгом посмотрела на дверь кабинета Андрея, за которой ее президент строил новые планы и тут же начинал их реализовывать. За последние недели Ника-мода достигла просто невероятных успехов.
Их клиентская база росла, как на дрожжах, а все благодаря тому, как Андрей организовал работу.
- Катя! – раздался из-за закрытой двери голос того, о ком думала девушка, и она с улыбкой прошла в его кабинет.
- Да. Андрей Павлович вы что-то хотели?
- Да. Хотел, – очень серьезно смотрел на нее Жданов.
Улыбка девушки слегка потускнела.
- Я слушаю.
- Подойди.
Катя сделала, как он просил.
- Катерина Валерьевна…, - голос был суперсерьезным, а потому девушка вся внутренне собралась и…
Оказалась в объятиях своего шефа, который немедленно поцеловал ее глубоко и страстно.
Минуты через полторы, когда Катерина совершенно потеряла чувство реальности, сидя на коленях у Андрея, он продолжил:
- Я тебя люблю.
- Андрей, ты сумасшедший, - мягко констатировала факт Пушкарева, совершенно не собираясь покидать его колен, а наоборот, устраиваясь удобнее.
- Я знаю, - улыбнулся ей Жданов и снова поцеловал.
- Ан-д-ре-й…
- Что такое?
- Нам же надо работать… Ты сам говорил, как важен этот проект…
- Да… Говорил… Но ты для меня важнее всех проектов всех вместе взятых… Кать…
- Я знаю это, Андрей… И ты для меня самое главное в этой жизни… И после нее…
Они долго-долго смотрели дуг на друга, пока в кабинет Жданова не постучали.
- Вот так всегда, на самом интересном месте! – рассмеялся Андрей и крикнул: - Входи, Колька!
Как-то само собой получилось, что теперь он узнавал Зорькина даже по его манере стучаться.
- Чего, помешал? – усмехнулся тот, заходя в кабинет. – Но кто-то же должен помнить, что находиться на работе! В отличие от некоторых.
- Да забудешь тут! С такими-то работниками, - наигранно грозно зыркнул на него Жданов, но не выдержал и расхохотался.
- Поржи, поржи… Порадуйся, - спокойно поправил очки Колька. – Я правильно сделал, что Федора отправил в «СТМ-коллекшн»? Все бумаженции собрал, в папочку поклал и…
- Да! Колька, какой ты молодец! – Катерина вскочила с колен Жданова. – А все ты! Ведь до того, как я вошла, звонил Сергей Петрович, и я уверила его в том, что все материалы отправлю!
- Конечно, я виноват! – гордо подтвердил Андрей. – Потому что на тебя больше никто так не действует!
Катерина только покраснела и вышла из его кабинета. Ей надо было позвонить Короткову и сказать ему, что именно надо было добавить на словах по прибытии в «СТМ-коллекшн».
Да! Именно Короткову! Потому как Федор ушел из «ZIMALETTO», как казалось в тот момент многим, в никуда. Конечно, немалую роль в принятии этого его решения сыграла очередная ссора с Машей, но…
Факт оставался фактом – Федька стал курьером в новой фирме своего старого президента и… Не прогадал! НИКА-мода была одной из самых удачливых фирм, которые в тот момент занимались финансовыми консультациями и операциями на бирже. Отличные знания Катерины и Николая, решительность и интуиция Андрея, который теперь очень хорошо знал, что такое ответственность, опыт ВалерьСергеича в сумме приносили блестящие результаты.
Выставки, презентации, на которых они могли представить список своих услуг стали в первые три недели для них настоящим испытанием, которое они с честью прошли, по-настоящему «громко» заявив о себе.
А после того, как Жданов дал интервью одному из деловых изданий, в котором ознакомил читателей с «областью работ» своей новой фирмы и перечислил те компании, которые уже сотрудничали с НИКА-модой на тот момент (все-таки. Фирма существовала и до того, как он стал президентом, и весьма неплохо, надо сказать), интерес к ней возрос!
Из-за желания преуспеть, новых, незаезженных идей, иногда рисковых шагов (но результаты показывали, что риск всегда был оправдан!) НИКА-мода стала интересовать многих. И уже через месяц после начала ее работы, в деловых кругах Москвы заговорили о том, как легко и просто работается, если в расчет взята программа действий, предложенная в новой фирме.
Все решения, которые принимались к реализации, были просчитаны до мелочей и, основывались на опыте других компаний, а уж приводились «в жизнь» только после тщательных проверок. Андрей, уже раз «обжегшись на молоке, дул на воду, а потому в НИКА-моде будто произошла «перемена мест слагаемых», так как автором самых рискованных предложений и сделок в трио «Андрей-Катя-Колька» был, как ни странно, последний – Зорькин! Такой интуиции, как у него, мог позавидовать каждый. Он был уверен в себе, но не самоуверен, а потому, чувствуя, что дело «выгорит», в определенные моменты мог спорить со Ждановым до хрипоты, и в результате – оказывался прав.
Катя всегда после таких «баталий» успокаивала обоих: одного с помощью пирогов, другого – с помощью поцелуев и объятий, а потом все вместе они праздновали очередную победу.
А праздновать действительно было что!
НИКА-мода за кратчайшие сроки прочно заняла свою нишу в деловой жизни столицы.
- Самое удивительное, что во всем этом прекрасно стал разбираться Жданов-младший! – удивлялись многие, и тут же получали ответ:
- А что странного? С такой-то помощницей! Помните, как эта его Катя всегда разруливала сложные ситуации? Такого бы работника к себе в штат…
- А внешний вид? – спрашивал кто-нибудь, кто еще не видел «новой» Пушкаревой.
- А ты когда последний раз с ней встречался?
- А что?
- Тогда с тобой все понятно… Там знаешь, какие там перемены?
- Да ты что?!
- Да… Вот только, к большому сожалению, ловить там нечего… Она всегда в паре либо со Ждановым, либо с финдиректоом его… Зорькиным! Вот тоже голова, скажу я вам!... И где Жданов их раскопал?
- Ну… Повезло! Он вообще везучий!... А что, у него с этой Катериной роман?
- Неизвестно… Правда, говорят, с Воропаевой он так и не живет. Вероятно, что-то не срослось… Да, и что говорить… Если баба так тебя ревнует, носиться за тобой, а потом в самый ответственный момент, когда надо бы поддержать – по морде… Это не сближает, надо вам сказать… Не удивлюсь, если и роман у него с Катериной Валерьевной…
После такого вывода обычно следовал вздох сожаления.
- Неужели перемены столь красноречивы?
- Не то слово!
- Вот, скоро будет выставка рекламщиков, сходи. Не пожалеешь! НИКА-мода будет искать клиентов. Заодно и Пушкареву увидишь.
- А к рекламщикам-то они каким боком?
- Так, они еще и рекламой занимаются. Разработкой основного подхода. Правда, там двойное сотрудничество – с Виноградовой… Она подкидывает идею, а они все просчитывают…
- Юлианой?
- Да. У них такой тандем сложился, просто пальчики оближешь! Про новые ролики «говорящей одежды» слышал?
- А как же? Говорят, одежда самая обыкновенная уходит «в лет»! А что?
- Идею рекламы они чужую использовали, но зато как! Связались с авторами, получили разрешение на использование и вперед! Вроде бы уже старенькое, но так обставили, что… В общем, мой тебе совет: вперед к сотрудничеству с НИКА-модой! Ни на секунду не пожалеешь, а только вспомнишь меня добрым словом и заключишь с ними новый договор…
Такие разговоры стали почти постоянными и привлекали фирме все новых и новых клиентов. Со многими из них Андрей был знаком, но и для этих «старых знакомых» представал в новом свете, немало удивляя их этим и располагая к себе с еще большей силой.
Он стал появляться «в свете», правда, никогда не пересекаясь с родителями или Кирой. Об этом, конечно же, шушукались по углам, но, так как Андрей вел себя спокойно и сдержанно, не давал даже малейшего повода для скандала, то какие-то более «шумные» новости все больше и больше отвлекали светских львов и львиц от его персоны.
Одно было неизменным: на приемы, вечеринки, презентации он всегда ходил либо с Катериной, либо с Николаем, либо с ними обоими. Со стороны это казалось деловым сотрудничеством (что соответствовало истине на пятьдесят процентов…), но вызывало легкое недоумение: неужели Андрей Жданов – мечта половины женских сердец Москвы – один?
А может, все-таки, живет с женой? Тогда почему никогда не приходит на все эти мероприятия с ней? А может, он спит с помощницей? Тогда что рядом делает этот Зорькин, который нет-нет, да появляется только вдвоем с Пушкаревой на различных тусовках? Да, и отношения между ними такие доверительные, теплые, что…
Короче, вопросов у самых любопытных было море, ответа ни одного, но и скандала (слава Богу!) тоже никем не планировалось.
Таким образом, мечты Андрея медленно (правда, для кого как!), но верно начали сбываться…
Но самым важным для него оставалась Катя.
Катя…
Любимая, единственная, ЕГО женщина, без которой он не мог представить себе ни дня.
Жданов наслаждался каждым мгновением, которое проводил с ней, и мечтал о том времени, когда, наконец, сможет назвать ее своей женой.
Это его желание имело странную причину. Мужчине казалось, что в тот момент, когда они поженятся, Катерина станет полностью и безоговорочно только его.
- И никто не сможет посягать на тебя, кроме меня самого… - шептал он ей по ночам, прижимая девушку к себе.
- Ну, ты и собственник!
- С тобой по-другому не могу, Кать… Ты только моя, слышишь? И так должно быть всегда!
- И так будет, потому что это правда…
После этого признания они, как правило, начинали целоваться и не только, а потом засыпали, тесно прижавшись друг к другу…
В общем, течение их жизни входило в постоянное русло.
В доме Пушкаревых Жданов чувствовал себя как родной, с радостью замечая, что ни ЕленСанна, ни ВалерьСергеич не видят между ним и Катей разницы в плане того, кто свой, а кто нет.
- Какой ты мне зять, Андрюха? Ты ж мне сыном стал за эти месяцы! – как-то сказал ему Пушкарев, даже не догадываясь, какие чувства вызвал в молодом мужчине. – Катерина с тобой, значит, и ты нам с Ленкой сын!
А как млело его сердце, когда ЕленСанна ласково называла его «сынок», когда приглашала ужинать или вообще обращалась с какой-нибудь мелочью! Это было так здорово! Душе Андрея было тепло в этом доме, но умом он понимал, что рано или поздно, а придется им с Катей отсюда съезжать.
Но, как это ни было странным, разговор на эту тему с ним первым начал ВалерьСергеич.
Они в тот день возились в гараже с машиной Пушкарева, гремя инструментами и ругая автомобильную промышленность. И тут…
- Андрюх, а ты на когда переезд с Катериной планируешь? Ведь, только не подумай, что прогоняю! По мне, так хоть всю жизнь живите с нами! Это ж для нас какая радость, когда и Катька, и ты под боком!... Только… Только вам молодым и для себя пожить в полную силу надо… А старики в таком деле, как бы не любили их, да они в ответ, только помеха…
- Бать! Чего это за слова?
- Правда, Андрей. Только правда. Так что планируешь?
- Пока не думал, но…
- Но наметки есть?
- Да… Здесь, в десяти минутах езды от вас скоро дом сдают… Мелькнула мысль о квартире… Только чтоб «без ничего»!
- Это как?
- А чтоб все самому прикинуть. Как, что, где поставить… Чтоб Кате было удобно… И на хрен всех дизайнеров! Пожил я в таком «гнезде»… Больше не хочу… Но это все еще не скоро! Если только после Нового года…
- Молодца! Это вот по-нашему! А что в десяти минутах от нас – это вообще благодать! Ключ на 32 подай…
- Придержать?
- Ага… Докручу… С Катериной эту тему обсуждал?
- Да, нет пока… А вообще… Нравится мне у вас!
Валерий посмотрел на Андрея и улыбнулся.
- А мы-то с матерью как довольны… Ты бы знал…
Помолчали с полминутки.
- Ладно! Давай еще чего-нибудь подкрутим, а то, зараза, глохнет в самый неподходящий момент!
Тут в гараж кто-то вошел.
- Алё! Тут кто живой есть? – раздался голос Зорькина.
- Нагнись, увидишь! – ответил ему Пушкарев. – Заодно ключ на 28 подай, чтоб зря телодвижение не совершать!
- А он какой?
- Во блин… Самому придется вставать.
- Да, ладно, бать, я возьму…
И Жданов вылез из-под машины.
- Да… Не помощник ты в ремонте машин, Колька.
- Зато я знаю, какие меры применить в кризисной ситуации, чтобы избежать трудностей! – заносчиво ответил Зорькин.
- Неужели? – закатил глаза Андрей.
- Представь себе! Вот, к примеру, благодаря широте наших деловых интересов, в случае чего, нам с гарантией в девяносто три процента удастся избежать биржевого краха!
- Тьфу, тьфу, тьфу! – сплюнул в сторону Жданов и юркнул обратно к Пушкареву.
- А ты, вообще, чего пришагал?
- Так… Это… ТетьЛена вас ужинать зовет!
- Скажи, идем…
- Давайте скорей. А то вы еще отмываться час будете! А там такие пироги… О-о-ооо! Такие пироги!
- Давай, Андрюха, вылезать, а то этот Колька все смолотит!
Так довольно легко Жданов получил «добро» на то, чтобы в скором будущем приобрести их с Катей квартиру и, чуть позже, переехать в СВОЙ дом. Такого понимания от старшего поколения он не встречал, а потому очень ценил его, платя настоящей сыновней любовью этим двум удивительным людям, которые так много сделали для него…
Вечером он решил поговорить об этом с Катей. И момент для этого появился очень удачный.
Катя, уже переодевшись в свою пижаму (которая, правда, почти каждую ночь оказывалась на полу минут через десять, после того, как они оказывались в постели вместе…), стелила их диванчик, когда Андрей, вошедший в спальню после ванны, посмотрел на нее и, улыбнувшись, встал у шкафа.
- Ка-а-ать…
- Андрюша… минуточку дай… Не отвлекай меня.
- Интересно, чем это я тебя отвлекаю? – Жданов удивленно приподнял брови. – Ты на меня даже не смотришь!
- Зато слышу! А вот когда у тебя голос такой…
- Какой?
- Бархатистый… Я голову теряю окончательно. И так, все время безголовая хожу из-за тебя, а тут…
- Ух, ты! А я и не думал, что могу своим голосом такое с тобой вытворять! Теперь ты мне глаза открыла!
- Андрей! – девушка тут же оказалась прижатой к мужскому телу и, сдавшись, откинула голову Жданову на плечо. - Ну, что?
Тот ослепительно улыбнулся.
- Колись, давай! Сколько у тебя еще постельного белья в «кого-то»?
- Как это понять: «в кого-то»?
- Ну, на белье в котятах, утятах, собачках и кошечках мы уже спали. Теперь вот – жирафы! Еще кто-то есть?
- Слоники!
- Да ты что!
- Вот и что! Я когда на них спала, то все время о тебе думала.
- Это почему?
- А ты догадайся…
Катя ловко вывернулась из его объятий, поцеловала в нос и нырнула под одеяло.
- Катька…
Через секунду Андрей был уже рядом с ней, расстегивая пуговки ее пижамы.
- Жданов, имей совесть… Дай хотя бы пять минут насладиться новой, между прочим, тобой подаренной шелковой пижамой!
- Ну, что же мне поделать, если ты отказалась от той бело-голубой ночнушки…
- Это от той, которая больше открывает, чем закрывает?
- Ага…
Девушка покраснела.
- Ну… Я до нее пока не созрела…
- Правильно… Я, например, обожаю, когда на тебе вообще ничего нет…
- Андрей…
- И когда мы переедем к себе, то ты будешь спать только так!
- Куда это, к себе? – удивленно посмотрела на него Катя, и он рассказал ей о том разговоре, который прошел между ним и ВалерьСергеичем.
- Значит, - сказала девушка, прижавшись к мужчине, - нас благословили и готовы пустить в свободное плавание…
- Да… Кать, я никогда такой веры не встречал… До тебя… До всего этого…
Его объятие стало чуть крепче.
Катерина улыбнулась и поцеловала Андрея в ямочку под ключицей, а потом спросила:
- Андрюш?
- Что? – Жданов посмотрел на нее.
- А тебе со мной не скучно? – и вдруг в глазах любимой женщины Андрей прочитал странное опасение, которое взялось как из ниоткуда.
- Ты с чего это взяла? – теперь и он напугался чего-то в такой степени ужасного, что не просто обнял, а сгреб ее в охапку.
- Просто… Просто мы с тобой стали иногда так разговаривать, будто живем вместе лет двадцать… Вдруг тебя быт заел? Такое бывает, потому что будни – это тебе не праздники…
Жданов расхохотался, еще крепче прижимая девушку к себе.
- Дурочка моя… Вот, если б с кем другим такое… А с тобой… Я люблю тебя, Кать… И это замечательно, что мы с тобой так разговариваем, будто прожили вместе лет двадцать… Значит, мы на сегодня позволили друг другу узнать о себе все…
- А завтра?
- А завтра… Я поражаюсь тому, что ты каждый день для меня какая-то немножко другая… Не такая, как вчера… Завтра ты будешь новой… Я полюблю тебя новую, ты снова полюбишь меня и…
- И снова, будто двадцать лет вместе… Да?
- Да…
Они помолчали немного, а потом раздался горячий мужской шепот:
- Кать…
- Что?
- Пять минут давно прошло…
В его глазах засветилась страсть, а пальцы продолжили расстегивать пижамные пуговицы.
Катя улыбнулась, чувствуя, как нежный шелк скользит по ее коже, обнажая для еще более нежных прикосновений и ласк.
- А знаешь… - вдруг вырвалось у нее.
- Что?
- Купи мне завтра ту ночнушку…
- Как это ты передумала?
- А ее снимать будет легче…
Андрей тихо-бархатно рассмеялся и поцеловал ее.
«Новая» Катя начинала удивлять его уже сейчас.
- Я люблю тебя…
- Я люблю тебя…
И их «новое знакомство» продолжилось…
_________________ Своих в полет я отпускаю белых птиц!
По свету разнесут они любовь...
Ведь для свободных птиц на небе нет границ!
И нет преград для моих птиц!
Белых птиц!
Последний раз редактировалось Леночек 06 авг 2009, 21:41, всего редактировалось 1 раз.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
