|
Глава 51.
Заскочить домой за зубной щеткой и кое-какой одеждой – дело на пару минут. Не забыть документы, кредитку. Скосить взгляд на мнущуюся в прихожей Юлиану. От кофе с парой тостов отказалась, а зря. Хотя, с другой стороны, понятно, мыслями она уже в Питере. И ей сейчас, наверняка эта несчастная пара минут кажется вечностью.
Прикрыл аккуратно журналом зеленую книжечку на тумбочке рядом с кроватью. Сунул вещи в спортивную сумку.
- Я готов! Теперь к тебе?
Пожала плечами.
- У меня там все есть, а паспорт с кредиткой – всегда с собой. Можно не заезжать.
- И все-таки. До самолета еще уйма времени, прими душ, переоденься. Вперед самолета не улетишь. Чем нервничать в аэропорту, ожидая рейс, лучше заняться делом.
- Что, я так ужасно выгляжу? – Заглянула в зеркало. – Да, лучше все-таки заехать. Зачем пугать родственников.
- Ты выглядишь, как всегда, феерично, не придумывай.
Ее квартира необычна, как и она сама. Спальня в восточном стиле, на полках подставки под свечи и благовония. Куча подушечек, разбросанных по кровати. Картина-батик на стене, изображающая неведомое мне божество. Или иллюстрация из Камасутры?
Юлялька-Юляшка в душе, и он может безнаказанно путешествовать по комнатам.
Дверь в маленькую спальню. Теплые персиковые обои. Кровать-кушетка с медвежатами на обивке. Три медведя, сидящих в ряд на низеньком столике, расписанном диковинными цветами. Стопка альбомов, краски, мольберт на уровне колен взрослого человека. Угол посвящен мемориалу имени Барби. Домик, машина, куча прочих прибамбасов, сама Барби и ее верный Кен. Призрак рыжего разбойника окончательно тает вдали вместе с ужасом ночного кошмара. Девочка. У нее девочка.
На компьютерном столе в гостиной фото. Очаровательная малышка, вторая Лялька двух лет отроду. Копна рыжеватых кудряшек перевязана зеленой лентой, в тон глаз. Платьице с оборочками, белые гольфы, лаковые туфельки. В руках сложенный детский зонт. Он хмурится, ищет черты вечного недруга, не находит. Улыбается озорному выражению глаз малявки.
- Если бы ты знал, какого труда стоило стащить с нее джинсы и надеть платье. Пришлось смириться с зонтом в кадре. – Юля стоит в дверях, завернутая в махровых халат.
- Подражает мамочке. Когда это было снято?
- Месяц назад.
Его брови удивленно ползут вверх. Она замужем двенадцать лет, ребенку не больше двух с половиной. Воропаев не торопился обзавестись потомством. Кажется, последнюю мысль он произнес вслух.
- А Сашка не знает про Лёльку. Так что, на бракоразводном процессе его ожидает большой сюрприз.
- Ни фига себе. Что за тайны мадридского двора, не поведаешь?
- Когда-нибудь потом. Если вкратце – мы с Алексом большие друзья, вместе не живем уже много лет. Каждый чинит свой небесный свод в одиночку. Я хотела ребенка – я его родила.
«Понятно, почему Воропаев сдает анализы на возможность отцовства. Вернее, не понятно, зачем ему это надо, но ясно, что он не в курсе собственного семейного положения. Юлька права, незачем ему знать о дочери, коль он такой бесчувственный чурбан. Не заслужил. Умник! Не разобраться, какое ему чудо расчудесное досталось! Я – другое дело, меня-то гениальным шахматистом никто не считает. И то, допер».
Машина мчалась по направлению к аэропорту.
Юлиана вспоминала свою первую брачную ночь. Сразу после регистрации они с Сашей улетели в Милан. Он привез новоиспеченную жену в холостяцкую съемную квартиру, устроил в спальне, а сам ушел на диван. Лялька крутилась на огромной постели, выбирала удобную позу, но сон не шел. Она взяла любимого плюшевого медведя и отправилась к мужу. Постояла рядом с диваном, пытаясь определить, спит он или нет. Нырнула под бок, прижалась. Саша подвинулся, насколько позволял узкий диван, обнял ее. Лялька выждала, потом поцеловала мужчину в губы. Было страшно, но она хотела этого. Отблагодарить за все, что сделал. Постараться вытеснить из памяти того, другого, с детской улыбкой и шальными глазами.
Он сонно пробежал рукой по ее телу и распахнул черные глаза. Насколько она могла видеть в темноте, улыбнулся. Вздохнул.
- Плохо тебе, да? Оставайся сегодня со мной. Только запомни, Юль. Никогда не занимайся любовью с мужчиной, если не хочешь его. Никакой благодарности, жалости или прочих женских штучек. Необузданный секс в нетрезвом виде, разумеется, не входит в эту категорию.
Она рассмеялась. Осталась, рассиропилась, разревелась беззвучно, содрогаясь всем телом. Саша гладил ее по голове, рассказывал на ухо сказку про глупенькую, но сильную малышку, у которой жизнь только начинается. И все будет хорошо. Бедром она ощущала, что ему довольно трудно сосредоточиться на сказке, физиология брала свое. Но заснула под тихий шепот ласкового баритона без опасений. Прекрасно выспалась. Утром девочка Лялька исчезла. Вместо нее проснулась Юлиана, которая решила жить дальше с максимально возможным удовольствием. И которая не знала, что впереди боль потери, которая завершит ее переплавку.
А правило она запомнила, исключение тоже. Впрочем, с исключением ей пришлось столкнуться лишь однажды. Четыре с половиной года назад. После бурной встречи с Ромой на теплоходе ходила несколько дней, как сомнамбула. Жизнь замерла в одной конкретной точке и не желала сдвинуться с нее. С каждым днем становилось все хуже и хуже. Она отправилась к другу, застала Воропаева в полной прострации из-за годовщины гибели родителей. Они вместе пили коньяк, несли чушь, не желая говорить об истинных причинах горького тет-а-тета. Слушали бесконечно тоскливые блюзы. Утешали друг друга в постели, поклявшись, что это не скажется на их отношениях. Удивительно, но ей действительно было хорошо. И Саше понравилось быть самим собой, оставив образ искусителя, насмешника и злодея. Маленький оазис в непроходимой жизненной пустыне. Но солнце взошло, и караваны отправились своим путем, ни о чем не сожалея. Встречаться стали совсем редко из-за работы, командировок, новых событий…
Обо всем этом Роме знать было необязательно.
Лайнер взмыл в небо. Юлиана считала часы и минуты до встречи с дочкой. Волновалась за маму и бабушку.
- Юль. Я тут подумал.
- Тебе понравилось, и ты подумал еще раз?
- Не смешно. Если Воропаев ничего не знает о Лёльке, может, сказать ему, что она моя? Ну, если у меня получится наладить контакт с твоей дочкой. И никаких проблем с разводом не будет. – Помолчал, переваривая собственное предложение.
- Лёлька – это Оля? Лялька и Лёлька. Юмористка, ты Юля.
- Сказать можно все, что угодно. Ты сначала познакомься с Лёлькой. У нее характер – ого-го!. Кого попало к себе не подпускает. А прежде «налаживания контакта», подумай, ребенок не игрушка. Поиграть и бросить я тебе не позволю.
А он и не собирался.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
но маловато будет.(с) 
ЗДОРОВО !
